Неточные совпадения
— Вы желаете сделать
вопрос? — сказал председатель и
на утвердительный ответ товарища
прокурора жестом показал товарищу
прокурора, что он передает ему свое право спрашивать.
— Я желал бы предложить
вопрос: была ли подсудимая знакома с Симоном Картинкиным прежде? — сказал товарищ
прокурора, не глядя
на Маслову.
Председатель повторил
вопрос. Маслова испуганно уставилась
на товарища
прокурора.
Но, как
на зло ему, дело тянулось долго: после допроса по одиночке свидетелей и эксперта и после всех, как обыкновенно, делаемых с значительным видом ненужных
вопросов от товарища
прокурора и защитников, председатель предложил присяжным осмотреть вещественные доказательства, состоящие из огромных размеров, очевидно, надевавшегося
на толстейший указательный палец кольца с розеткой из брильянтов и фильтра, в котором был исследован яд. Вещи эти были запечатаны, и
на них были ярлычки.
Все встали, и старшина, переминаясь с ноги
на ногу, откашлялся и прочел
вопросы и ответы. Все судейские: секретарь, адвокаты, даже
прокурор выразили удивление.
На вопрос прокурора: где же бы он взял остальные две тысячи триста, чтоб отдать завтра пану, коли сам утверждает, что у него было всего только полторы тысячи, а между тем заверял пана своим честным словом, Митя твердо ответил, что хотел предложить «полячишке» назавтра не деньги, а формальный акт на права свои по имению Чермашне, те самые права, которые предлагал Самсонову и Хохлаковой.
Неточные совпадения
Вошел местный товарищ
прокурора Брюн де Сент-Ипполит, щеголь и красавец, — Тагильский протянул руку за письмом, спрашивая: — Не знаете? —
Вопрос прозвучал утвердительно, и это очень обрадовало Самгина, он крепко пожал руку щеголя и
на его
вопрос: «Как — Париж, э?» — легко ответил:
Ввязался и
прокурор и опять напомнил, что допрашиваемый, конечно, может не отвечать
на вопросы, если считает для себя это выгоднейшим и т. д., но в видах того, какой ущерб подозреваемый может сам нанести себе своим умолчанием и особенно ввиду
вопросов такой важности, которая…
На вопрос же
прокурора о том, какие у него основания утверждать, что Федор Павлович обидел в расчете сына, Григорий Васильевич, к удивлению всех, основательных данных совсем никаких не представил, но все-таки стоял
на том, что расчет с сыном был «неправильный» и что это точно ему «несколько тысяч следовало доплатить».
Он упал
на свое место, ломая руки в отчаянии.
Прокурор и защитник стали предлагать перекрестные
вопросы, главное в том смысле: «что, дескать, побудило вас давеча утаить такой документ и показывать прежде совершенно в другом духе и тоне?»
— Позвольте вас, милостивый государь, предупредить и еще раз вам напомнить, если вы только не знали того, — с особенным и весьма строгим внушением проговорил
прокурор, — что вы имеете полное право не отвечать
на предлагаемые вам теперь
вопросы, а мы, обратно, никакого не имеем права вымогать у вас ответы, если вы сами уклоняетесь отвечать по той или другой причине.