Неточные совпадения
Права их, по его словам, состояли в
том, что они могут спрашивать подсудимых через председателя, могут иметь карандаш и бумагу и могут осматривать вещественные доказательства. Обязанность состояла в
том, чтобы они судили не ложно, а справедливо. Ответственность же их состояла в
том, что в случае несоблюдения тайны совещаний и установления сношений с посторонними они подвергались
наказанию.
Нехлюдов вспомнил всё, что он видел вчера, дожидаясь в сенях, и понял, что
наказание происходило именно в
то время, как он дожидался, и на него с особенной силой нашло
то смешанное чувство любопытства, тоски, недоумения и нравственной, переходящей почти в физическую, тошноты, которое и прежде, но никогда с такой силой не охватывало его.
Так что не только не соблюдалось правило о прощении десяти виновных для
того, чтобы не обвинить невинного, а, напротив, так же, как для
того чтобы вырезать гнилое, приходится захватить свежего, — устранялись посредством
наказания десять безопасных для
того, чтобы устранить одного истинно опасного.
К этим людям он, ближе узнав их, причислил и
тех развращенных, испорченных людей, которых новая школа называет преступным типом и существование которых в обществе признается главным доказательством необходимости уголовного закона и
наказания.
Не только не было этого ответа, но все рассуждения велись к
тому, чтобы объяснить и оправдать
наказание, необходимость которого признавалась аксиомой.
— Я хочу сказать, что, собственно, разумных
наказаний есть только два —
те, которые употреблялись в старину: телесное
наказание и смертная казнь, но которые вследствие смягчения нравов всё более и более выходят из употребления, — сказал Нехлюдов.
Высокое же мнение, которое они приписывали своему делу, а вследствие
того и себе, естественно вытекало из
того значения, которое придавало им правительство, и
той жестокости
наказаний, которым оно подвергало их.
Он прочел еще 7-й, 8-й, 9-й и 10-й стихи о соблазнах, о
том, что они должны прийти в мир, о
наказании посредством геенны огненной, в которую ввергнуты будут люди, и о каких-то ангелах детей, которые видят лицо Отца Небесного. «Как жалко, что это так нескладно, — думал он, — а чувствуется, что тут что-то хорошее».
Но из всего этого вышло только
то, что нуждающиеся и корыстные люди, сделав себе профессию из этого мнимого
наказания и исправления людей, сами развратились до последней степени и не переставая развращают и
тех, которых мучают.
Возражение это имело бы значение, если бы было доказано, что
наказание уменьшает преступления, исправляет преступников; но когда доказано совершенно обратное, и явно, что не во власти одних людей исправлять других,
то единственное разумное, что вы можете сделать, это
то, чтобы перестать делать
то, что не только бесполезно, но вредно и, кроме
того, безнравственно и жестоко.
Не перевелись, а количество их только увеличилось и
теми преступниками, которые развращаются
наказаниями, и еще
теми преступниками-судьями, прокурорами, следователями, тюремщиками, которые сидят и наказывают людей».
Но мало
того, что он сознавал и верил, что, исполняя эти заповеди, люди достигнут наивысшего доступного им блага, он сознавал и верил теперь, что всякому человеку больше нечего делать, как исполнять эти заповеди, что в этом — единственный разумный смысл человеческой жизни, что всякое отступление от этого есть ошибка, тотчас же влекущая за собою
наказание.
Неточные совпадения
Люди холопского звания — // Сущие псы иногда: // Чем тяжелей
наказания, //
Тем им милей господа.
Тут же, кстати, он доведался, что глуповцы, по упущению, совсем отстали от употребления горчицы, а потому на первый раз ограничился
тем, что объявил это употребление обязательным; в
наказание же за ослушание прибавил еще прованское масло. И в
то же время положил в сердце своем: дотоле не класть оружия, доколе в городе останется хоть один недоумевающий.
Понятно, как должен был огорчиться бригадир, сведавши об таких похвальных словах. Но так как это было время либеральное и в публике ходили толки о пользе выборного начала,
то распорядиться своею единоличною властию старик поопасился. Собравши излюбленных глуповцев, он вкратце изложил перед ними дело и потребовал немедленного
наказания ослушников.
Два раза стегал бригадир заупрямившуюся бабенку, два раза она довольно стойко вытерпела незаслуженное
наказание, но когда принялись в третий раз,
то не выдержала…
― Ты встретил его? ― спросила она, когда они сели у стола под лампой. ― Вот тебе
наказание за
то, что опоздал.