Нет, но что́ лучше всего, — продолжал он, успокоиваясь в своем волнении прелестью собственного рассказа, — это то, что сержант, приставленный к той пушке, по сигналу которой должно было зажигать мины и взрывать мост, сержант этот, увидав, что французские войска
бегут на мост, хотел уже стрелять, но Ланн отвел его руку.
Неточные совпадения
Ростов не подумал о том, что̀ значит требование носилок; он
бежал, стараясь только быть впереди всех; но у самого
моста он, не смотря под ноги, попал в вязкую, растоптанную грязь и, споткнувшись, упал
на руки. Его обежали другие.
— Кто по средине
моста бежит?
На права сторона! Юнкер, назад! — сердито закричал он и обратился к Денисову, который, щеголяя храбростью, въехал верхом
на доски
моста.
Французские орудия опять поспешно заряжали. Пехота в синих капотах
бегом двинулась к
мосту. Опять, но в разных промежутках, показались дымки, и защелкала и затрещала картечь по
мосту. Но в этот раз Несвицкий не мог видеть того, что̀ делалось
на мосту. С
моста поднялся густой дым. Гусары успели зажечь
мост, и французские батареи стреляли по ним уже не для того, чтобы помешать, а для того, что орудия были наведены и было по ком стрелять.
Не с тем чувством сомнения и борьбы, с каким он ходил
на Энский
мост,
бежал он, а с чувством зайца, убегающего от собак.
Неточные совпадения
Дуня поняла ее, схватила ключ, бросилась к дверям, быстро отомкнула их и вырвалась из комнаты. Чрез минуту, как безумная, не помня себя, выбежала она
на канаву и
побежала по направлению к — му
мосту.
А толпа уже так разрослась, распухла, что не могла втиснуться
на Полицейский
мост и приостановилась, как бы раздумывая: следует ли идти дальше? Многие
побежали берегом Мойки в направлении Певческого
моста, люди во главе толпы рвались вперед, но за своей спиной, в задних рядах, Самгин чувствовал нерешительность, отсутствие одушевленности.
— Я была где-то
на берегу, — продолжала Вера, — у моря, передо мной какой-то
мост, в море. Я
побежала по
мосту — добежала до половины; смотрю, другой половины нет, ее унесла буря…
Ей душно от этого письма, вдруг перенесшего ее
на другую сторону бездны, когда она уже оторвалась навсегда, ослабевшая, измученная борьбой, — и сожгла за собой
мост. Она не понимает, как мог он написать? Как он сам не
бежал давно?
Я пожал руку жене —
на лице у нее были пятны, рука горела. Что за спех, в десять часов вечера, заговор открыт,
побег, драгоценная жизнь Николая Павловича в опасности? «Действительно, — подумал я, — я виноват перед будочником, чему было дивиться, что при этом правительстве какой-нибудь из его агентов прирезал двух-трех прохожих; будочники второй и третьей степени разве лучше своего товарища
на Синем
мосту? А сам-то будочник будочников?»