Но эти слова звучали жалобным, отчаянным криком и мольбой о прощении. Как только Ростов услыхал этот звук голоса, с души его свалился
огромный камень сомнения. Он почувствовал радость и в то же мгновение ему стало жалко несчастного, стоявшего перед ним человека; но надо было до конца довести начатое дело.
Один водил, водил по грязи, наконец повел в перелесок, в густую траву, по тропинке, совсем спрятавшейся среди кактусов и других кустов, и вывел на холм, к кладбищу, к тем
огромным камням, которые мы видели с моря и приняли сначала за город.
— Ну, смотри сам, Нике, какая прелесть, какие
огромные камни и как они блестят… Похвали же твою Лили, скажи ей, что она умница и не брани ее.
Опасаясь сбиться с пути, то есть, вернее, удлинить его неведомым блужданием по этому лабиринту, шкипер ввел катер в стрелу воды между
огромных камней, где мы и провели ночь.
Жерновщик Попыгин понял его короче: они всё размерили шагами и косыми саженями, и уговорились они тоже на слове, ударили по рукам, и пирамида была заказана и исполнялась. Ахилла смотрел, как двигали, ворочали и тесали
огромные камни, и был в восторге от их больших размеров.
Неточные совпадения
На пальце был
огромный перстень с дорогим
камнем.
Несколько тощих ракит боязливо спускаются по песчаным его бокам; на самом дне, сухом и желтом, как медь, лежат
огромные плиты глинистого
камня.
Из окна, точно дым, выплывало умоляющее бормотанье Дуняши, Иноков тоже рассказывал что-то вполголоса, снизу, из города, доносился тяжелый, но мягкий, странно чавкающий звук, как будто
огромные подошвы шлепали по
камню мостовой. Самгин вынул часы, посмотрел на циферблат — время шло медленно.
Горький, по-видимому, прошел мимо
огромной философской работы, которая происходила на Западе за последние десятилетия и которая не оставила
камня на
камне от наивно-натуралистического и наивно-материалистического мировоззрения.
Действительно, дом строился
огромный и в каком-то сложном, необыкновенном стиле. Прочные леса из больших сосновых бревен, схваченные железными скрепами, окружали воздвигаемую постройку и отделяли ее от улицы тесовой оградой. По подмостям лесов сновали, как муравьи, забрызганные известью рабочие: одни клали, другие тесали
камень, третьи вверх вносили тяжелые и вниз пустые носилки и кадушки.