— Eh, mon cher général, — опять перебил его Мюрат, — je désire de tout mon coeur que les Empereurs s’arrangent entre eux, et que la guerre commencée malgré moi se termine le plus tôt possible, [Ах, любезный генерал, я желаю от всей души, чтоб императоры покончили дело между собой и чтобы война, начатая против моей воли, окончилась как можно скорее,] — сказал он
тоном разговора слуг, которые желают остаться добрыми друзьями, несмотря на ссору между господами.
Неточные совпадения
Наташе не понравился
тон снисхождения до детского
разговора, с которым гостья обратилась к ней. Она ничего не ответила и серьезно посмотрела на гостью.
— Жду приказа, ваше сиятельство, чтоб отправиться по новому назначению, — отвечал Борис, не выказывая ни досады за резкий
тон князя, ни желания вступить в
разговор, но так спокойно и почтительно, что князь пристально поглядел на него.
Иногда он вступал в
разговор, интересовавший его, и тогда, без соображений о том, были ли тут или нет les messieurs de l’ambassade, [господа посольства,] шамкая говорил свои мнения, которые иногда были совершенно не в
тоне настоящей минуты.
— Мой милый, — отвечал Анатоль по-французски (как и шел весь
разговор), я не считаю себя обязанным отвечать на допросы, делаемые в таком
тоне.
Разговор с графом Растопчиным, его
тон озабоченности и поспешности, встреча с курьером, беззаботно рассказывавшим о том, как дурно идут дела в армии, слухи о найденных в Москве шпионах, о бумаге, ходящей по Москве, в которой сказано, что Наполеон до осени обещает быть в обеих русских столицах,
разговор об ожидаемом на завтра приезде государя ― всё это с новою силой возбуждало в Пьере то чувство волнения и ожидания, которое не оставляло его со времени появления кометы и в особенности с начала войны.
Тон афиш был уже не такой шутливый, как в прежних Чигиринских
разговорах.
«Так я не ошибалась» подумала графиня Марья: «и за чтò он на меня сердится?» В
тоне, которым он отвечал ей, графиня Марья слышала недоброжелательство к себе и желание прекратить
разговор. Она чувствовала, что ее слова были неестественны; но она не могла удержаться, чтобы не сделать еще несколько вопросов.
После этих слов произошло неловкое молчание. Наташа первая заговорила, защищая мужа и нападая на брата. Защита ее была слаба и неловка, но цель ее была достигнута.
Разговор снова возобновился и уже не в том неприятно враждебном
тоне, в котором сказаны были последние слова Николая.
— Зачем тут слово: должны? Тут нет ни позволения, ни запрещения. Пусть страдает, если жаль жертву… Страдание и боль всегда обязательны для широкого сознания и глубокого сердца. Истинно великие люди, мне кажется, должны ощущать на свете великую грусть, — прибавил он вдруг задумчиво, даже не в
тон разговора.
Если в доме есть девицы, то принесет фунт конфект, букет цветов и старается подладить
тон разговора под их лета, занятия, склонности, сохраняя утонченнейшую учтивость, смешанную с неизменною почтительностью рыцарей старого времени, не позволяя себе нескромной мысли, не только намека в речи, не являясь перед ними иначе, как во фраке.
Сначала старик подумал, что не приехал ли Галактион занимать у него денег, — ведь слава богатого человека еще оставалась за ним, — а потом догадался по выражению лица Галактиона и по
тону разговора, что дело совсем не в этом.
Неточные совпадения
Причудницы большого света! // Всех прежде вас оставил он; // И правда то, что в наши лета // Довольно скучен высший
тон; // Хоть, может быть, иная дама // Толкует Сея и Бентама, // Но вообще их
разговор // Несносный, хоть невинный вздор; // К тому ж они так непорочны, // Так величавы, так умны, // Так благочестия полны, // Так осмотрительны, так точны, // Так неприступны для мужчин, // Что вид их уж рождает сплин.
У всех есть тема для
разговора, у дам, например… у светских, например, людей высшего
тона, всегда есть разговорная тема, c’est de rigueur, [так уж заведено (фр.).] а среднего рода люди, как мы, — все конфузливы и неразговорчивы… мыслящие то есть.
Он усвоил только то, что вращалось в кругу ежедневных
разговоров в доме Ольги, что читалось в получаемых там газетах, и довольно прилежно, благодаря настойчивости Ольги, следил за текущей иностранной литературой. Все остальное
утопало в сфере чистой любви.
Говоря с ней при свидании, он продолжал
разговор дома, так что иногда войдет Захар, а он чрезвычайно нежным и мягким
тоном, каким мысленно разговаривал с Ольгой, скажет ему: «Ты, лысый черт, мне давеча опять нечищеные сапоги подал: смотри, чтоб я с тобой не разделался…»
Несмотря на это французско-классическое образование, которого остается теперь уже так мало образчиков,
разговор его был прост, и простота эта одинаково скрывала его незнание некоторых вещей и выказывала приятный
тон и терпимость.