Неточные совпадения
— «Dieu me la donne, gare à qui la touche», — сказал он (
слова Бонапарте, сказанные при возложении короны). — On dit qu’il a été très beau en prononçant ces paroles, [Бог мне дал корону. Горе тому, кто ее тронет. — Говорят, он был очень хорош, произнося эти
слова,] — прибавил он и еще раз
повторил эти
слова по-итальянски: «Dio mi la dona, guai a chi la tocca».
И с свойственною ему непогрешимою, официальною памятью он
повторил вступительные
слова манифеста… «и желание, единственную и непременную цель государя составляющее: водворить в Европе на прочных основаниях мир — решили его двинуть ныне часть войска за границу и сделать к достижению намерения сего новые усилия».
— Так уж из Потсдама пишут? —
повторил он последние
слова князя Василья и вдруг, встав, подошел к дочери.
Старый князь в это утро был чрезвычайно ласков и старателен в своем обращении с дочерью. Это выражение старательности хорошо знала княжна Марья. Это было то выражение, которое бывало на его лице в те минуты, когда сухие руки его сжимались в кулак от досады за то, что княжна Марья не понимала арифметической задачи, и он, вставая, отходил от нее и тихим голосом
повторял несколько раз одни и те же
слова.
Пржебышевский с почтительною, но достойною учтивостью пригнул рукою ухо к Вейротеру, имея вид человека, поглощенного вниманием. Маленький ростом Дохтуров сидел прямо против Вейротера с старательным и скромным видом и, нагнувшись над разложенною картой, добросовестно изучал диспозицию и неизвестную ему местность. Он несколько раз просил Вейротера
повторять нехорошо расслышанные им
слова и трудные наименования деревень. Вейротер исполнял его желание, и Дохтуров записывал.
Пьер долго не мог выговорить
слова, так что ритор должен был
повторить свой вопрос.
— Планы? — иронически
повторил князь Андрей. — Мои планы? —
повторил он, как бы удивляясь значению такого
слова. — Да вот видишь, строюсь, хочу к будущему году переехать совсем…
Он стукнулся затылком о пол и что-то хрипло проговорил и стал
повторять это
слово.
— Ах, сударыня, — заговорил он, — сударыня, графиня… графиня Ростова, коли не ошибаюсь… прошу извинить, извинить… не знал, сударыня. Видит Бог не знал, что вы удостоили нас своим посещением, к дочери зашел в таком костюме. Извинить прошу… видит Бог не знал, —
повторил он так не натурально, ударяя на
слово Бог и так неприятно, что княжна Марья стояла, опустив глаза, не смея взглянуть ни на отца, ни на Наташу. Наташа, встав и присев, тоже не знала, что̀ ей делать. Одна m-llе Bourienne приятно улыбалась.
— Nathalie, un mot, un seul, [ — Натали, одно
слово, одно,] — всё
повторял он, видимо не зная, что́ сказать и
повторял его до тех пор, пока к ним подошла Элен.
Отправляя Балашева, государь вновь
повторил ему
слова о том, что он не помирится до тех пор, пока останется хотя один вооруженный неприятель на русской земле, и приказал непременно передать эти
слова Наполеону.
Екатерина Великая не могла бы сделать более, — говорил Наполеон, всё более и более разгораясь, ходя по комнате и
повторяя Балашеву почти те же
слова, которые он говорил самому Александру в Тильзите.
— Какие шутки! —
повторил граф. — Только скажи он
слово, мы все пойдем… Мы не немцы какие-нибудь…
Наполеону перевели это так: Si la bataille est donnée avant trois jours, les Français la gagneraient, mais que si elle serait donnée plus tard, Dieu sait ce qui en arriverait, [1 «ежели сражение произойдет прежде трех дней, то французы выиграют его, но ежели после трех дней, то Бог знает что случится»,] улыбаясь передал Lelorme d’Ideville. Наполеон не улыбнулся, хотя он видимо был в самом веселом расположении духа и велел
повторить себе эти
слова.
Княжна Марья, напрягая все силы внимания, смотрела на него. Комический труд, с которым он ворочал языком, заставлял княжну Марью опускать глаза и с трудом подавлять поднимавшиеся в ее горле рыдания. Он сказал что-то, по нескольку раз
повторяя свои
слова. Княжна Марья не могла понять их; но она старалась угадать то, что̀ он говорил и
повторяла вопросительно сказанные им
слова.
— Гага — бои… бои… —
повторил он несколько раз… — Никак нельзя было понять этих
слов. Доктор думал, что он угадал и,
повторяя его
слова, спросил: княжна боится? Он отрицательно покачал головой и опять
повторил то же…
«Ду-ше-нь-ка!»
повторила княжна Марья это
слово ж зарыдала облегчающими душу слезами.
— Point de prisonniers, —
повторил он
слова адъютанта. — Il se font démolir. Tant pis pour l’armée russe, — сказал он. — Allez toujours, allez ferme, [Нет пленных. Они заставляют истреблять себя. Тем хуже для русской армии. Ну еще, ну крепче…] — проговорил он, горбатясь и подставляя свои жирные плечи.
— Драться на этой позиции нет возможности, — сказал он. Кутузов удивленно посмотрел на него и заставил его
повторить сказанные
слова. Когда он проговорил, Кутузов протянул ему руку.
На Марью Дмитриевну, хотя и боялись ее, смотрели в Петербурге как на шутиху и потому из
слов, сказанных ею, заметили только грубое
слово и шопотом
повторяли его друг другу, предполагая, что в этом
слове заключалась вся соль сказанного.
Да, сопрягать надо, сопрягать надо!» с внутренним восторгом
повторил себе Пьер, чувствуя, что этими именно, и только этими
словами выражается то, чтò он хочет выразить, и разрешается весь мучащий его вопрос.
Повторив эти
слова, капитан протер глаза и встряхнулся, как бы отгоняя от себя охватившую его слабость при этом трогательном воспоминании.
И Билибин
повторил следующие подлинные
слова дипломатической депеши, им составленной...
Когда Пьер, иногда пораженный смыслом его речи, просил
повторить сказанное, Платон не мог вспомнить того, чтò он сказал минуту тому назад, так же, как он никак не мог
словами сказать Пьеру свою любимую песню.
«России да лету — союзу нету»,
повторял он
слова Каратаева, и эти
слова странно успокоивали его.
— Готов, —
повторил Долохов, как будто выговаривание этого
слова доставляло ему удовольствие, и быстро пошел к пленным, которых окружили спешившиеся казаки. — Брать не будем! — крикнул он Денисову.
Она видела его лицо, слышала его голос и
повторяла его
слова и свои
слова, сказанные ему, и иногда придумывала за себя и за него новые
слова, которые тогда могли быть сказаны.
Он не
повторял, как тогда, с болезненным стыдом
слов сказанных им, не говорил себе: «ах, зачем я не сказал этого, и зачем, зачем я сказал тогда «je vous aime?». [я люблю вас?]
Теперь, напротив, каждое
слово ее, свое, он
повторял в своем воображении со всеми подробностями лица, улыбки и ничего не хотел ни убавить, ни прибавить: хотелось только
повторять.
— Мари, — сказал он тихо, подойдя к ней, — этого больше не будет никогда; даю тебе
слово. Никогда, —
повторил он дрогнувшим голосом, как мальчик, который просит прощения.
Неточные совпадения
Я ее крепко обнял, и так мы оставались долго. Наконец губы наши сблизились и слились в жаркий, упоительный поцелуй; ее руки были холодны как лед, голова горела. Тут между нами начался один из тех разговоров, которые на бумаге не имеют смысла, которых
повторить нельзя и нельзя даже запомнить: значение звуков заменяет и дополняет значение
слов, как в итальянской опере.
— Я вам не про то, собственно, говорила, Петр Петрович, — немного с нетерпением перебила Дуня, — поймите хорошенько, что все наше будущее зависит теперь от того, разъяснится ли и уладится ли все это как можно скорей, или нет? Я прямо, с первого
слова говорю, что иначе не могу смотреть, и если вы хоть сколько-нибудь мною дорожите, то хоть и трудно, а вся эта история должна сегодня же кончиться.
Повторяю вам, если брат виноват, он будет просить прощения.
«Добре сказал и кошевой!» — отозвалось в рядах запорожцев. «Доброе
слово!» —
повторили другие. И самые седые, стоявшие, как сизые голуби, и те кивнули головою и, моргнувши седым усом, тихо сказали: «Добре сказанное
слово!»
— Ни
слова! —
повторил Обломов, грозно глядя на него, и указал ему дверь. Захар ушел и вздохнул на все комнаты.
Он молился о всех благодетелях своих (так он называл тех, которые принимали его), в том числе о матушке, о нас, молился о себе, просил, чтобы бог простил ему его тяжкие грехи, твердил: «Боже, прости врагам моим!» — кряхтя поднимался и,
повторяя еще и еще те же
слова, припадал к земле и опять поднимался, несмотря на тяжесть вериг, которые издавали сухой резкий звук, ударяясь о землю.