— Ah, maman, ne dites pas de bêtises. Vous ne comprenez rien. Dans ma position j’ai des devoirs, [Ах, маменька, не
говорите глупостей. Вы ничего не понимаете. В моем положении есть обязанности,] — заговорила Элен, переводя разговор на французский с русского языка, на котором ей всегда казалась какая-то неясность в ее деле.
Неточные совпадения
Они рассказывают ему тысячу гасконских
глупостей:
говорят, что война кончена, что император Франц назначил свидание Бонапарту, что они желают видеть князя Ауэрсперга и проч.
Князь Багратион, прищурившись, оглянулся и, увидав причину происшедшего замешательства, равнодушно отвернулся, как будто
говоря: «сто́ит ли
глупостями заниматься!» Он остановил лошадь, с приемом хорошего ездока, несколько перегнулся и выправил зацепившуюся за бурку шпагу.
Когда замолк однообразный звук голоса Вейротера, Кутузов открыл глаза, как мельник, который просыпается при перерыве усыпительного звука мельничных колес, прислушался к тому, что́
говорил Ланжерон, и, как будто
говоря: «а вы всё еще про эти
глупости!» поспешно закрыл глаза и еще ниже опустил голову.
В третьем кружке Нарышкин
говорил о заседании австрийского военного совета, в котором Суворов закричал петухом в ответ на
глупость австрийских генералов. Шиншин, стоявший тут же, хотел пошутить, сказав, что Кутузов, видно, и этому нетрудному искусству — кричать по петушиному — не мог выучиться у Суворова; но старички строго посмотрели на шутника, давая ему тем чувствовать, что здесь и в нынешний день так неприлично было
говорить про Кутузова.
— Ну вот,
глупости! — Я вам дело
говорю, — сердито сказала Наташа. — Я пришла спросить, что́ делать, а вы мне
говорите: «
глупости»…
Но оттого ли, что для ведения такого салона именно нужна была
глупость, или потому что сами обманываемые находили удовольствие в этом обмане, обман не открывался, и репутация d’une femme charmante et spirituelle [женщины прелестной и умной] так непоколебимо утвердилась за Еленой Васильевной Безуховой, что она могла
говорить самые большие пошлости и
глупости, и всё-таки все восхищались каждым ее словом и отыскивали в нем глубокий смысл, которого она сама и не подозревала.
— Почему вы знаете? Нет, мама, вы не
говорите ему. Что́ за
глупости! —
говорила Наташа тоном человека, у которого хотят отнять его собственность. — Ну не выйду замуж, так пускай ездит, коли ему весело и мне весело. — Наташа улыбаясь поглядела на мать.
— Все равно я не буду спать. Что́ за
глупости спать! Мамаша, мамаша, такого со мной никогда не бывало! —
говорила она с удивлением и испугом перед тем чувством, которое она сознавала в себе. — И могли ли мы думать!…
— Вот ты, Соня,
говорила разные
глупости про него, — начала Наташа кротким голосом, тем голосом, которым
говорят дети, когда хотят, чтоб их похвалили. — Мы объяснились с ним нынче.
— Тогда что́? А? — повторил Анатоль с искренним недоуменьем перед мыслью о будущем. — Тогда что́? Там я не знаю что́… Ну что
глупости говорить! — Он посмотрел на часы. — Пора!
Он что-то басисто и круто, как
говорят самоуверенные немцы, проворчал про себя: Dummkopf… или: zu Grunde die ganze Geschichte… или: s’wird was gescheites d’raus werden… [
глупости… к чорту всё дело…]
Даже самой Наташе, которая, хотя и
говорила, что никакие лекарства не вылечат ее, и что всё это
глупости, и ей было радостно видеть, что для нее делали так много пожертвований, что ей надо было в известные часы принимать лекарства.
О том же, хорошо ли или дурно выходить от живого мужа замуж, не
говорили, потому что вопрос этот очевидно был уже решенный для людей поумнее нас с вами (как
говорили) и усумниться в правильности решения вопроса значило рисковать выказать свою
глупость и неумение жить в свете.
— Всё
глупости, всё пустяки, —
говорила Наташа, — все его размышления, которые ни к чему не ведут, и все эти дурацкие общества, —
говорила она о тех самых делах, в великую важность которых она твердо верила. И она уходила в детскую кормить своего единственного мальчика Петю.
Неточные совпадения
— Да… да… —
говорил Обломов, беспокойно следя за каждым словом Штольца, — помню, что я, точно… кажется… Как же, — сказал он, вдруг вспомнив прошлое, — ведь мы, Андрей, сбирались сначала изъездить вдоль и поперек Европу, исходить Швейцарию пешком, обжечь ноги на Везувии, спуститься в Геркулан. С ума чуть не сошли! Сколько
глупостей!..
—
Говори, пожалуйста, вслух, Андрей! Терпеть не могу, когда ты ворчишь про себя! — жаловалась она, — я насказала ему
глупостей, а он повесил голову и шепчет что-то под нос! Мне даже страшно с тобой, здесь, в темноте…
— Ты все
глупости говоришь! Вынеси это и ступай! — с досадой отвечал Обломов.
— Ты все
глупости говоришь! — скороговоркой заметила она, глядя в сторону. — Никаких я молний не видала у тебя в глазах… ты смотришь на меня большею частью, как… моя няня Кузьминична! — прибавила она и засмеялась.
Они
говорили, притворяясь,
глупости, только для того, чтобы она слышала.