Неточные совпадения
Левин вдруг покраснел, но не так, как краснеют взрослые люди, — слегка, сами того не замечая, но так, как краснеют мальчики, — чувствуя, что
они смешны своей застенчивостью и вследствие того стыдясь и краснея еще больше, почти до
слез. И так странно было
видеть это умное, мужественное лицо
в таком детском состоянии, что Облонский перестал смотреть на
него.
Анна жадно оглядывала
его; она
видела, как
он вырос и переменился
в ее отсутствие. Она узнавала и не узнавала
его голые, такие большие теперь ноги, выпроставшиеся из одеяла, узнавала эти похуделые щеки, эти обрезанные, короткие завитки волос на затылке,
в который она так часто целовала
его. Она ощупывала всё это и не могла ничего говорить;
слезы душили ее.
Он видел и княгиню, красную, напряженную, с распустившимися буклями седых волос и
в слезах, которые она усиленно глотала, кусая губы,
видел и Долли, и доктора, курившего толстые папиросы, и Лизавету Петровну, с твердым, решительным и успокаивающим лицом, и старого князя, гуляющего по зале с нахмуренным лицом.
Неточные совпадения
Ответа нет.
Он вновь посланье: // Второму, третьему письму // Ответа нет.
В одно собранье //
Он едет; лишь вошел…
ему // Она навстречу. Как сурова! //
Его не
видят, с
ним ни слова; // У! как теперь окружена // Крещенским холодом она! // Как удержать негодованье // Уста упрямые хотят! // Вперил Онегин зоркий взгляд: // Где, где смятенье, состраданье? // Где пятна
слез?..
Их нет,
их нет! // На сем лице лишь гнева след…
В возок боярский
их впрягают, // Готовят завтрак повара, // Горой кибитки нагружают, // Бранятся бабы, кучера. // На кляче тощей и косматой // Сидит форейтор бородатый, // Сбежалась челядь у ворот // Прощаться с барами. И вот // Уселись, и возок почтенный, // Скользя, ползет за ворота. // «Простите, мирные места! // Прости, приют уединенный! //
Увижу ль вас?..» И
слез ручей // У Тани льется из очей.
Она поэту подарила // Младых восторгов первый сон, // И мысль об ней одушевила //
Его цевницы первый стон. // Простите, игры золотые! //
Он рощи полюбил густые, // Уединенье, тишину, // И ночь, и звезды, и луну, // Луну, небесную лампаду, // Которой посвящали мы // Прогулки средь вечерней тьмы, // И
слезы, тайных мук отраду… // Но нынче
видим только
в ней // Замену тусклых фонарей.
И долго я лежал неподвижно и плакал горько, не стараясь удерживать
слез и рыданий; я думал, грудь моя разорвется; вся моя твердость, все мое хладнокровие — исчезли как дым. Душа обессилела, рассудок замолк, и если б
в эту минуту кто-нибудь меня
увидел,
он бы с презрением отвернулся.
В одном из домов слободки, построенном на краю обрыва, заметил я чрезвычайное освещение; по временам раздавался нестройный говор и крики, изобличавшие военную пирушку. Я
слез и подкрался к окну; неплотно притворенный ставень позволил мне
видеть пирующих и расслушать
их слова. Говорили обо мне.