— А теперь… А теперь… Нет, Таисия, ничего подобного. Совершенно белый нос, совершенно! Даже
представить трудно, что хоть когда-нибудь он был красный!
— О дядюшка, это такая скотина, — отвечает он мне, — что
представить трудно. Я очень сожалею, что у него кредитовался, потому что у него все дрянь — гнилое и тухлое. Я теперь все буду из Ярославля выписывать.
Неточные совпадения
Когда Самгин вышел на Красную площадь, на ней было пустынно, как бывает всегда по праздникам. Небо осело низко над Кремлем и рассыпалось тяжелыми хлопьями снега. На золотой чалме Ивана Великого снег не держался. У музея торопливо шевырялась стая голубей свинцового цвета.
Трудно было
представить, что на этой площади, за час пред текущей минутой, топтались, вторгаясь в Кремль, тысячи рабочих людей, которым, наверное, ничего не известно из истории Кремля, Москвы, России.
«Жизнью большинства руководят надежды, которые возбуждаются обещаниями. Так всегда было, и
трудно представить, что когда-то будет иначе», — думал он.
Но оторвать мысли от судьбы одинокого человека было уже
трудно, с ними он приехал в свой отель, с ними лег спать и долго не мог уснуть,
представляя сам себя на различных путях жизни, прислушиваясь к железному грохоту и хлопотливым свисткам паровозов на вагонном дворе. Крупный дождь похлестал в окна минут десять и сразу оборвался, как проглоченный тьмой.
Он вспомнил, что в каком-то английском романе герой, добродушный человек, зная, что жена изменяет ему, вот так же сидел пред камином, разгребая угли кочергой, и мучился,
представляя, как стыдно, неловко будет ему, когда придет жена, и как
трудно будет скрыть от нее, что он все знает, но, когда жена, счастливая, пришла, он выгнал ее.
Трудно представить членом политической, даже игрушечной партии фокусника и почти шута.