Неточные совпадения
И то в эти три дня меньшой заболел оттого, что его
накормили дурным бульоном, а остальные
были вчера почти без обеда.
Он настаивал на том, что русский мужик
есть свинья
и любит свинство,
и, чтобы вывести его из свинства, нужна власть, а ее нет, нужна палка, а мы стали так либеральны, что заменили тысячелетнюю палку вдруг какими-то адвокатами
и заключениями, при которых негодных вонючих мужиков
кормят хорошим супом
и высчитывают им кубические футы воздуха.
Левин в душе осуждал это
и не понимал еще, что она готовилась к тому периоду деятельности, который должен
был наступить для нее, когда она
будет в одно
и то же время женой мужа, хозяйкой дома,
будет носить,
кормить и воспитывать детей.
— Я только что пришел. Ils ont été charmants. [Они
были восхитительны.] Представьте себе,
напоили меня,
накормили. Какой хлеб, это чудо! Délicieux! [Прелестно!]
И водка — я никогда вкуснее не
пил!
И ни за что не хотели взять деньги.
И все говорили: «не обсудись», как-то.
Когда они вошли, девочка в одной рубашечке сидела в креслице у стола
и обедала бульоном, которым она облила всю свою грудку. Девочку
кормила и, очевидно, с ней вместе сама
ела девушка русская, прислуживавшая в детской. Ни кормилицы, ни няни не
было; они
были в соседней комнате,
и оттуда слышался их говор на странном французском языке, на котором они только
и могли между собой изъясняться.
Он снимет их — да! — но лишь на краткое время, для концентрации, монополизации, а затем он заставит нас организованно изготовлять обувь и одежду, хлеб и вино, и оденет и обует,
напоит и накормит нас.
Башкир несколько дней
поили и кормили в господской кухне. Привалов и Бахарев надрывались над работой, разыскивая в заводском архиве материалы по этому делу. Несколько отрывочных бумаг явилось плодом этих благородных усилий — и только. Впрочем, на одной из этих бумаг можно было прочитать фамилию межевого чиновника, который производил последнее размежевание. Оказалось, что этот межевой чиновник был Виктор Николаич Заплатин.
Неточные совпадения
—
Пили уже
и ели! — сказал Плюшкин. — Да, конечно, хорошего общества человека хоть где узнаешь: он не
ест, а сыт; а как эдакой какой-нибудь воришка, да его сколько ни
корми… Ведь вот капитан — приедет: «Дядюшка, говорит, дайте чего-нибудь
поесть!» А я ему такой же дядюшка, как он мне дедушка. У себя дома
есть, верно, нечего, так вот он
и шатается! Да, ведь вам нужен реестрик всех этих тунеядцев? Как же, я, как знал, всех их списал на особую бумажку, чтобы при первой подаче ревизии всех их вычеркнуть.
Знаю, знаю тебя, голубчик; если хочешь, всю историю твою расскажу: учился ты у немца, который
кормил вас всех вместе, бил ремнем по спине за неаккуратность
и не выпускал на улицу повесничать,
и был ты чудо, а не сапожник,
и не нахвалился тобою немец, говоря с женой или с камрадом.
Дня через четыре приезжает Азамат в крепость. По обыкновению, он зашел к Григорию Александровичу, который его всегда
кормил лакомствами. Я
был тут. Зашел разговор о лошадях,
и Печорин начал расхваливать лошадь Казбича: уж такая-то она резвая, красивая, словно серна, — ну, просто, по его словам, этакой
и в целом мире нет.
«Для кого же после этого делались все приготовления?» Даже детей, чтобы выгадать место, посадили не за стол,
и без того занявший всю комнату, а накрыли им в заднем углу на сундуке, причем обоих маленьких усадили на скамейку, а Полечка, как большая, должна
была за ними присматривать,
кормить их
и утирать им, «как благородным детям», носики.
Да наплевать; теперь
и этих сама
кормить буду, никому не поклонюсь!