Неточные совпадения
— Еще бы! Что ни говори, это одно из удовольствий жизни, — сказал Степан Аркадьич. —
Ну, так
дай ты нам, братец
ты мой, устриц два, или мало — три десятка, суп с кореньями….
— Что
ты! Вздор какой! Это ее манера….
Ну давай же, братец, суп!… Это ее манера, grande dame, [важной
дамы,] — сказал Степан Аркадьич. — Я тоже приеду, но мне на спевку к графине Бониной надо.
Ну как же
ты не дик? Чем же объяснить то, что
ты вдруг исчез из Москвы? Щербацкие меня спрашивали о
тебе беспрестанно, как будто я должен знать. А я знаю только одно:
ты делаешь всегда то, что никто не делает.
— Да? — тихо сказала Анна. —
Ну, теперь
давай говорить о
тебе, — прибавила она, встряхивая головой, как будто хотела физически отогнать что-то лишнее и мешавшее ей. —
Давай говорить о твоих делах. Я получила твое письмо и вот приехала.
—
Ну, чорт их дери, привилегированные классы, — прокашливаясь проговорил голос брата. — Маша! Добудь
ты нам поужинать и
дай вина, если осталось, а то пошли.
—
Ну да, а ум высокий Рябинина может. И ни один купец не купит не считая, если ему не отдают даром, как
ты. Твой лес я знаю. Я каждый год там бываю на охоте, и твой лес стòит пятьсот рублей чистыми деньгами, а он
тебе дал двести в рассрочку. Значит,
ты ему подарил тысяч тридцать.
—
Ну, полно! — сказал он. — Когда бывало, чтобы кто-нибудь что-нибудь продал и ему бы не сказали сейчас же после продажи: «это гораздо дороже стоит»? А покуда продают, никто не
дает… Нет, я вижу у
тебя есть зуб против этого несчастного Рябинина.
—
Ну как не грех не прислать сказать! Давно ли? А я вчера был у Дюссо и вижу на доске «Каренин», а мне и в голову не пришло, что это
ты! — говорил Степан Аркадьич, всовываясь с головой в окно кареты. А то я бы зашел. Как я рад
тебя видеть! — говорил он, похлопывая ногу об ногу, чтобы отряхнуть с них снег. — Как не грех не
дать знать! — повторил он.
Неточные совпадения
—
Ну, послушай, чтоб доказать
тебе, что я вовсе не какой-нибудь скалдырник, [Скалдырник — скряга.] я не возьму за них ничего. Купи у меня жеребца, я
тебе дам их в придачу.
— Извини, брат!
Ну, уморил. Да я бы пятьсот тысяч
дал за то только, чтобы посмотреть на твоего дядю в то время, как
ты поднесешь ему купчую на мертвые души. Да что, он слишком стар? Сколько ему лет?
—
Ну, полно, брат, экой скрытный человек! Я, признаюсь, к
тебе с тем пришел: изволь, я готов
тебе помогать. Так и быть: подержу венец
тебе, коляска и переменные лошади будут мои, только с уговором:
ты должен мне
дать три тысячи взаймы. Нужны, брат, хоть зарежь!
— Вижу, Азамат, что
тебе больно понравилась эта лошадь; а не видать
тебе ее как своего затылка!
Ну, скажи, что бы
ты дал тому, кто
тебе ее подарил бы?..
—
Давайте сюда.
Ну, Родя, подымайся. Я
тебя попридержу; подмахни-ка ему Раскольникова, бери перо, потому, брат, деньги нам теперь пуще патоки.