Он, желая выказать свою независимость и подвинуться, отказался от предложенного ему положения, надеясь, что отказ этот придаст ему большую цену; но оказалось, что он был слишком смел, и его оставили; и, волей-неволей сделав себе положение человека независимого, он носил его, весьма тонко и умно держа себя, так, как будто он ни на кого
не сердился, не считал себя никем обиженным и желает только того, чтоб его оставили в покое, потому что ему весело.
Неточные совпадения
Когда Облонский спросил у Левина, зачем он собственно приехал, Левин покраснел и
рассердился на себя за то, что покраснел, потому что он
не мог ответить ему: «я приехал сделать предложение твоей свояченице», хотя он приехал только за этим.
— Я
не знаю, — отвечал Вронский, — отчего это во всех Москвичах, разумеется, исключая тех, с кем говорю, — шутливо вставил он, — есть что-то резкое. Что-то они всё на дыбы становятся,
сердятся, как будто всё хотят дать почувствовать что-то…
«Ведь всё это было и прежде; но отчего я
не замечала этого прежде?» — сказала себе Анна. — Или она очень раздражена нынче? А в самом деле, смешно: ее цель добродетель, она христианка, а она всё
сердится, и всё у нее враги и всё враги по христианству и добродетели».
Она
не ожидала такой жестокости от сестры и
сердилась на нее.
Левин сердито махнул рукой, пошел к амбарам взглянуть овес и вернулся к конюшне. Овес еще
не испортился. Но рабочие пересыпали его лопатами, тогда как можно было спустить его прямо в нижний амбар, и, распорядившись этим и оторвав отсюда двух рабочих для посева клевера, Левин успокоился от досады на приказчика. Да и день был так хорош, что нельзя было
сердиться.
Он смутно чувствовал, что в этом что-то есть оскорбительное для него, и
сердился теперь
не на то, что расстроило его, а придирался ко всему, что представлялось ему.
Это
не человек, а машина, и злая машина, когда
рассердится, — прибавила она, вспоминая при этом Алексея Александровича со всеми подробностями его фигуры, манеры говорить и его характера и в вину ставя ему всё, что только могла она найти в нем нехорошего,
не прощая ему ничего зa ту страшную вину, которою она была пред ним виновата.
Если бы кто-нибудь имел право спросить Алексея Александровича, что он думает о поведении своей жены, то кроткий, смирный Алексей Александрович ничего
не ответил бы, а очень бы
рассердился на того человека, который у него спросил бы про это.
— Нет, вы
сердитесь. Отчего вы
не заехали ни к нам, ни к ним, когда были в Москве?
«Он
рассердится и
не станет вас слушать», говорили они.
Проводив княгиню Бетси до сеней, еще раз поцеловав ее руку выше перчатки, там, где бьется пульс, и, наврав ей еще такого неприличного вздору, что она уже
не знала,
сердиться ли ей или смеяться, Степан Аркадьич пошел к сестре. Он застал ее в слезах.
Она решила, что малую часть приданого она приготовит всю теперь, большое же вышлет после, и очень
сердилась на Левина за то, что он никак
не мог серьезно ответить ей, согласен ли он на это или нет.
Узнав, зачем он приезжал, княгиня полушуточно-полусерьезно
рассердилась и услала его домой одеваться и
не мешать Кити причесываться, так как Шарль сейчас приедет.
В особенности ему
не нравилось то, что Голенищев, человек хорошего круга, становился на одну доску с какими-то писаками, которые его раздражали, и
сердился на них.
Художник Михайлов, как и всегда, был за работой, когда ему принесли карточки графа Вронского и Голенищева. Утро он работал в студии над большою картиной. Придя к себе, он
рассердился на жену за то, что она
не умела обойтись с хозяйкой, требовавшею денег.
Он испытывал в первую минуту чувство подобное тому, какое испытывает человек, когда, получив вдруг сильный удар сзади, с досадой и желанием мести оборачивается, чтобы найти виновного, и убеждается, что это он сам нечаянно ударил себя, что
сердиться не на кого и надо перенести и утишить боль.
Больной страдал всё больше и больше, в особенности от пролежней, которые нельзя уже было залечить, и всё больше и больше
сердился на окружающих, упрекая их во всем и в особенности за то, что ему
не привозили доктора из Москвы.
Только один больной
не выражал этого чувства, а, напротив,
сердился за то, что
не привезли доктора, и продолжал принимать лекарство и говорил о жизни.
— Приезжайте обедать ко мне, — решительно сказала Анна, как бы
рассердившись на себя за свое смущение, но краснея, как всегда, когда выказывала пред новым человеком свое положение. — Обед здесь
не хорош, но, по крайней мере, вы увидитесь с ним. Алексей изо всех полковых товарищей никого так
не любит, как вас.
— Ты, верно,
не будешь
сердиться, что я поехал. Стива просил, и Долли желала этого, — продолжал Левин.
От нетерпения дело долго
не могло уладиться. Ребенок хватал
не то, что надо, и
сердился.
«Так же буду
сердиться на Ивана кучера, так же буду спорить, буду некстати высказывать свои мысли, так же будет стена между святая святых моей души и другими, даже женой моей, так же буду обвинять ее за свой страх и раскаиваться в этом, так же буду
не понимать разумом, зачем я молюсь, и буду молиться, — но жизнь моя теперь, вся моя жизнь, независимо от всего, что может случиться со мной, каждая минута ее —
не только
не бессмысленна, как была прежде, но имеет несомненный смысл добра, который я властен вложить в нее!»
Неточные совпадения
В глуши что делать в эту пору? // Гулять? Деревня той порой // Невольно докучает взору // Однообразной наготой. // Скакать верхом в степи суровой? // Но конь, притупленной подковой // Неверный зацепляя лед, // Того и жди, что упадет. // Сиди под кровлею пустынной, // Читай: вот Прадт, вот Walter Scott. //
Не хочешь? — поверяй расход, //
Сердись иль пей, и вечер длинный // Кой-как пройдет, а завтра то ж, // И славно зиму проведешь.
Мертвые души, губернаторская дочка и Чичиков сбились и смешались в головах их необыкновенно странно; и потом уже, после первого одурения, они как будто бы стали различать их порознь и отделять одно от другого, стали требовать отчета и
сердиться, видя, что дело никак
не хочет объясниться.
Чичиков
не интересовался богоугодным заведеньем: он хотел повести речь о том, как всякая дрянь дает доход. Но Костанжогло уже
рассердился, желчь в нем закипела, и слова полились.
Какое ни придумай имя, уж непременно найдется в каком-нибудь углу нашего государства, благо велико, кто-нибудь, носящий его, и непременно
рассердится не на живот, а на смерть, станет говорить, что автор нарочно приезжал секретно, с тем чтобы выведать все, что он такое сам, и в каком тулупчике ходит, и к какой Аграфене Ивановне наведывается, и что любит покушать.
Но ведь я, черт меня знает, никак
не могу
сердиться.