Неточные совпадения
Когда Христос-бог на распятье был, тогда шла мати божия, богородица, ко своему сыну ко распятому; от очей ея слезы наземь капали, и от тех от слез, от пречистыих, зародилася, вырастала мати плакун-трава; из того плакуна, из корени у нас
режут на Руси чудны кресты, а их носят старцы иноки, мужие их носят благоверные».
Все дружно взялись за работу: одни ставили палатку и налаживали печь с трубами, другие рубили дрова, третьи
резали траву для постелей, Марунич готовил обед.
Теперь я понял, почему Дерсу в некоторых местах не велел
резать траву. Он скрутил ее и при помощи ремней и веревок перетянул поверх шалаша, чтобы его не разметало ветром. Первое, что я сделал, — поблагодарил Дерсу за спасение.
Неточные совпадения
Старинные немецкие, толстоногие, брылястые собаки, а также испанские двуносые теперь совсем перевелись или переводятся, да и не для чего их иметь: последние были вовсе неудобны, потому что высокая
трава, особенно осока, беспрестанно
резала до крови их нежные, раздвоенные носы.
— Не, отец мой, ваших-то русских я бы давно перевешал, кабы царь был. Только
резать и умеют. Так-то нашего казака Баклашева не-человеком сделали, ногу отрезали. Стало, дураки. На чтò теперь Баклашев годится? Нет, отец мой, в горах дохтура есть настоящие. Так-то Гирчика, няню моего, в походе ранили в это место, в грудь, так дохтура ваши отказались, а из гор приехал Саиб, вылечил.
Травы, отец мой, знают.
— Где только зверь ходит и рыба плавает, там идут у него войска, — говорили вестовщики, — леса
режет, как
траву косец, переносится через трясины, будто на ковре-самолете, а коли воды сердитых озер заблажат, сечет их немилосердо — и затихают!
Разгребая снег, мы нашли под ним много сухой
травы и принялись ее
резать ножами. В одном месте, ближе к реке, виднелся сугроб в рост человека. Я подошел к нему и ткнул палкой. Она уперлась во что-то упругое, я тронул в другом месте и почувствовал то же упругое сопротивление. Тогда я снял лыжу и стал разгребать снежный сугроб. При свете огня показалось что-то темное.
— Время родит вождей, — отвечал воевода. — Наше войско многочисленно и одушевлено патриотизмом, но до времени притаилось по домам. Оно выступит из земли, когда мы кликнем ему клич, и удивит мир своим появлением. Покуда оно худо вооружено, худо обмундировано; но если нужно будет, косари наши, в белых сермягах, также сумеют
резать головы москалей, как они привыкли косить
траву. Мы видели, что во время французской революции нестройные сброды санкюлотов, босоногих воинов, побеждали регулярные армии.