С утра они в молельне заперлись. Я подходил на цыпочках ко двери: Там тихо все; порой лишь слышны вздохи, А иногда невнятное рыданье Да увещанья честного отца. Должно быть, дон Жуан великий грешник! Во время рейса дон Йеронимо Мне говорил, что у него от папы Инструкция особенная есть Насчет сего еретика, Жуана.
Где твой мандат? Давай его сюда! Офицер подает бумагу. Лепорелло ее раздирает. Вот твой мандат! И знай, что булла папы Дает мне власть Жуана де Маранья, Заблудшую, но кроткую овцу, Благословить и от грехов очистить; Знай, что сей самый грешник, дон Жуан, Которого арестовать пришел ты, Моих словес проникнулся елеем, Отверг душой мирскую суету И поступает кающимся братом В Севилию, в картозский монастырь! Не так ли, сын мой?
Мороз Меня теперь по коже подирает, Когда я вспомню, чем я рисковал. А славную мы выкинули штуку! Ха-ха! Монахом будет дон Жуан! Пожалуй, из монахов можно в папы! Сеньор, когда вы сделаетесь папой, Прошу и мне пожаловать местечко!
Ребенок кричит, ребенок, наконец, не может кричать, задыхается: «Папа, папа, папочка, папочка!» Дело каким-то чертовым неприличным случаем доходит до суда.
Но вот в одно воскресенье, после обеда, в комнате бабушки собираются все учители, два профессора и в присутствии папа и некоторых гостей делают репетицию университетского экзамена, в котором Володя, к великой радости бабушки, выказывает необыкновенные познания.