Передонов вдруг испугался. Он подумал, что Варвара могла и обмануть его письмом, —
взяла да сама написала. Надо потребовать от нее конверт, как можно скорее.
Неточные совпадения
— Растереть
да бросить, — вот и Варвара твоя. Она и мои сестры — это, брат, две большие разницы. Бойкие барышни, живые, — любую
возьми, не даст заснуть.
Да и молодые, — самая старшая втрое моложе твоей Варвары.
— Вы и без протекции далеко пойдете. Неужто не оценит начальство! Что ж вам за Варвару держаться!
Да и не из Рутиловых же барышень вам, жену брать: они — легкомысленные, а вам надо жену степенную. Вот бы
взяли мою Марту.
— Ну
да, пойду и
возьму с него штраф. И он еще от нас не уйдет, — говорил Рутилов, стараясь сохранить уверенный тон, но чувствуя себя очень неловко.
Владя хотел было
взять с собою в деревню удочку, новую, английскую, купленную на сбереженные деньги, хотел
взять еще кое-что,
да это все занимало бы в тележке не мало места. И Владя унес обратно в дом все свои пожитки.
—
Да, — угрюмо сказал Передонов, — вы
взяли себе в голову, что я никуда не гожусь, а я постоянно о гимназии забочусь.
—
Да возьми любую половину.
Может быть, они ядовиты. Вот,
возьмет их Варвара, нарвет целый пук, заварит вместо чаю,
да и отравит его, — потом, уж когда бумага придет, — отравит, чтоб подменить его Володиным. Может быть, уж они условились. Недаром же он знает, как называется этот цветок. А Володин говорил...
Духи
взять с собою она придумала еще раньше, — надушить гимназиста, чтобы он не пахнул своею противною латынью, чернилами
да мальчишеством.
— Я бы у Маланьи
взял,
да у нее в керосине, — сказал Саша.
Началась возня. Людмила сразу же увидела, что Саша сильнее. Силою не
взять, так она, хитрая, улучила удобную минуту, подшибла Сашу под ногу, — он упал,
да и Людмилу увлек за собою. Впрочем, Людмила ловко извернулась и прижала его к полу. Саша отчаянно кричал...
—
Да нет, как же, мне стыдно, я ни за что не
возьму, — отнекивалась Марта, жадными глазами посматривая на сторублевку.
—
Взял бы
да и дал бы ей оплеуху, — чего зевал, фалалей!
Почтмейстер. Да из собственного его письма. Приносят ко мне на почту письмо. Взглянул на адрес — вижу: «в Почтамтскую улицу». Я так и обомлел. «Ну, — думаю себе, — верно, нашел беспорядки по почтовой части и уведомляет начальство».
Взял да и распечатал.
— Филипп говорит, что и на фонаре нет, а вы скажите лучше, что
взяли да потеряли, а Филипп будет из своих денежек отвечать за ваше баловство, — продолжал, все более и более воодушевляясь, раздосадованный лакей.
Кабанов. Поди-ка поговори с маменькой, что она тебе на это скажет. Так, братец, Кулигин, все наше семейство теперь врозь расшиблось. Не то что родные, а точно вороги друг другу. Варвару маменька точила-точила; а та не стерпела, да и была такова —
взяла да и ушла.
Неточные совпадения
Хлестаков (пишет).Ну, хорошо. Отнеси только наперед это письмо; пожалуй, вместе и подорожную
возьми.
Да зато, смотри, чтоб лошади хорошие были! Ямщикам скажи, что я буду давать по целковому; чтобы так, как фельдъегеря, катили и песни бы пели!.. (Продолжает писать.)Воображаю, Тряпичкин умрет со смеху…
Право, на деревне лучше: оно хоть нет публичности,
да и заботности меньше;
возьмешь себе бабу,
да и лежи весь век на полатях
да ешь пироги.
Городничий.
Да говорите, ради бога, что такое? У меня сердце не на месте. Садитесь, господа!
Возьмите стулья! Петр Иванович, вот вам стул.
«Он, говорит, вор; хоть он теперь и не украл,
да все равно, говорит, он украдет, его и без того на следующий год
возьмут в рекруты».
Артемий Филиппович. О! насчет врачеванья мы с Христианом Ивановичем
взяли свои меры: чем ближе к натуре, тем лучше, — лекарств дорогих мы не употребляем. Человек простой: если умрет, то и так умрет; если выздоровеет, то и так выздоровеет.
Да и Христиану Ивановичу затруднительно было б с ними изъясняться: он по-русски ни слова не знает.