Неточные совпадения
Жила она в собственном ветхом домике на краю города, одиноко, и питалась плодами своей профессии. Был у нее и муж, но в то время, как я зазнал ее,
он уж лет десять как пропадал без вести. Впрочем, кажется, она знала, что
он куда-то услан, и по этому случаю в каждый большой праздник возила в тюрьму калачи.
—
Куда,
куда, шельмец, пробираешься? — раздается через открытое окно
его окрик на мальчишку, который больше, чем положено, приблизился к тыну, защищающему сад от хищников. — Вот я тебя! чей ты? сказывай, чей?
— Брысь, пострелята! Еще ученье не кончилось, а
они на-тко
куда забрались! вот я вас! — кричит она на детей, все еще скучившихся у окна в девичьей и смотрящих, как солдата, едва ступающего в колодках, ведут по направлению к застольной.
Куда вы ни оглянитесь, везде увидите присутствие злосчастия и массу людей, задыхающихся под игом
его.
Намеднись Аггей приезжал, яйца скупал, тальки, полотна, — спрашиваю
его: «
Куда отсюда поедешь?» — «К министеру», — говорит.
— Восемьдесят душ — это восемьдесят хребтов-с! — говаривал
он, — ежели
их умеючи нагайкой пошевелить, так тут только огребай! А
он, видите ли, не может родному детищу уделить! Знаю я, знаю,
куда мои кровные денежки уплывают… Улита Савишна у старика постельничает, так вот ей… Ну, да мое времечко придет. Я из нее все до последней копеечки выколочу!
Созвавши дворовых,
он потребовал, чтоб
ему указали,
куда покойный отец прятал деньги. Но никто ничего не отвечал. Даже те, которые нимало не сомневались, что стариковы деньги перешли к Улите, не указали на нее. Тогда обшарили весь дом и все сундуки и дворовых людей, даже навоз на конном дворе перерыли, но денег не нашли, кроме двухсот рублей, которые старик отложил в особый пакет с надписью: «На помин души».
— Что молчите? сказывайте,
куда покойник, царство
ему небесное, прятал деньги? — настаивал помещик.
— Что я тогда?
Куда без
него поспела? — загодя печаловалась она, — я здесь без
него как в дремучем лесу. Хоть бы десять годков еще послужил!
Целый день прошел в удовольствиях. Сперва чай пили, потом кофе, потом завтракали, обедали, после обеда десерт подавали, потом простоквашу с молодою сметаной, потом опять пили чай, наконец ужинали. В особенности мне понравилась за обедом «няня», которую я два раза накладывал на тарелку. И у нас, в Малиновце, по временам готовили это кушанье, но
оно было
куда не так вкусно. Ели исправно, губы у всех были масленые, даже глаза искрились. А тетушка между тем все понуждала и понуждала...
— Да, кобылье молоко квашеное так называется… Я и вас бы научил, как
его делать, да вы, поди, брезговать будете. Скажете: кобылятина! А надо бы вам — видишь, ты испитой какой! И вам есть плохо дают…
Куда только она, маменька твоя, бережет! Добро бы деньги, а то… еду!
— Помяни, Господи, царя Давида и всю кротость
его! Помяни, Господи… Тише! тише!
Куда сломя голову скачешь! Агашка! да держи же персики! ах, чтоб тебя! Помяни, Господи…
По словам матушки, которая часто говорила: «Вот уйду к Троице, выстрою себе домичек» и т. д., — монастырь и окружающий
его посад представлялись мне местом успокоения,
куда не проникают ни нужда, ни болезнь, ни скорбь, где человек, освобожденный от житейских забот, сосредоточивается — разумеется, в хорошеньком домике, выкрашенном в светло-серую краску и весело смотрящем на улицу своими тремя окнами, — исключительно в самом себе, в сознании блаженного безмятежия…
Дядя Григорий Павлыч был более счастлив:
он приставил к дедушке камердинера Пахома, который имел доступ в спальню и, следовательно, мог отчасти наблюсти,
куда старик прячет деньги.
И действительно, в конце концов
он перешел в монашество, быстро прошел все степени иерархии и был назначен куда-то далеко епархиальным архиереем.
Она меня с ума в эти три недели сведет! Будет кутить да мутить. Небось, и знакомых-то всех
ему назвала, где и по каким дням бываем, да и к нам в дом, пожалуй, пригласила… Теперь
куда мы, туда и
он… какова потеха! Сраму-то, сраму одного по Москве сколько! Иная добрая мать и принимать перестанет; скажет: у меня не въезжий дом, чтобы любовные свидания назначать!
— И
куда все девалось! — грустно произносил
он.
— И
куда ваши гусельки девались — словно я
их давно не вижу?
— Как это… как
он сказал?.. «Же-ву-фелисит»… а дальше как? — припоминала матушка, возвратившись в девичью и становясь у окна, чтобы поглядеть,
куда пойдет балагур. — Как, девки,
он сказал?
Глубокая задумчивость охватывала все
его существо, сердце рвалось и тосковало, хотя
он и сам не мог определенно объяснить,
куда и об чем.
Теперь
он явился из третьего побега. Через час после объяснения с матушкой, на вопрос ее,
куда девался Сатир, доложили, что
он в свою каморку ушел.
— Что в ней! — говорила она, — только слава, что крепостная, а
куда ты ее повернешь! Знает таскает ребят, да кормит, да обмывает
их — вот и вся от нее польза! Плоха та раба, у которой не господское дело, а свои дети на уме!
— И то сказать… Анна Павловна с тем и встретила, — без тебя, говорит, как без рук, и плюнуть не на что! Людям, говорит, дыхнуть некогда, а
он по гостям шляется! А мне, признаться, одолжиться хотелось. Думал, не даст ли богатая барыня хоть четвертачок на бедность.
Куда тебе! рассердилась, ногами затопала! — Сиди, говорит, один, коли пришел! — заниматься с тобой некому. А четвертаков про тебя у меня не припасено.
Ну, раз сказал, другой сказал — можно бы и остепениться, а
он куда тебе! заладил одно, да и кричит во всеуслышание, не переставаючи: — Содрали!
Беспрестанно справляется
он с старинной серебряной луковицей, но убеждается, что до урочного времени еще
куда далеко.
Прошло несколько дней, унылых, однообразных, Бурмакин сводил жену в театр. Давали «Гамлета». Милочку прежде всего удивило, что муж ведет ее не в ложу, а куда-то в места за креслами. Затем Мочалов ей не понравился, и знаменитое «башмаков еще не износила», приведшее ее мужа в трепет (
он даже толкнул ее локтем, когда трагик произносил эти слова), пропало совсем даром.
Что сталось впоследствии с Бурмакиным, я достоверно сказать не могу. Ходили слухи, что московские друзья помогли
ему определиться учителем в одну из самых дальних губернских гимназий, но
куда именно — неизвестно. Конечно, отец Бурмакин имел положительные сведения о местопребывании сына, но на все вопросы об этом
он неизменно отвечал...
Нередко
ему даже делали, через предводителя, реприманды и указывали перстом в ту сторону,
куда Макар телят не гонял.
Очевидно, что при таких чудовищных условиях совместное существование было немыслимо. Поэтому Урванцовы недолго выдержали. Прожив в наших местах не больше двух лет,
они одновременно и неизвестно
куда исчезли, оставив и отческий дом, и деревнюшку на волю случайности.
Неточные совпадения
Стихи на случай сохранились; // Я
их имею; вот
они: // «
Куда,
куда вы удалились, // Весны моей златые дни? // Что день грядущий мне готовит? //
Его мой взор напрасно ловит, // В глубокой мгле таится
он. // Нет нужды; прав судьбы закон. // Паду ли я, стрелой пронзенный, // Иль мимо пролетит она, // Всё благо: бдения и сна // Приходит час определенный; // Благословен и день забот, // Благословен и тьмы приход!
В красавиц
он уж не влюблялся, // А волочился как-нибудь; // Откажут — мигом утешался; // Изменят — рад был отдохнуть. //
Он их искал без упоенья, // А оставлял без сожаленья, // Чуть помня
их любовь и злость. // Так точно равнодушный гость // На вист вечерний приезжает, // Садится; кончилась игра: //
Он уезжает со двора, // Спокойно дома засыпает // И сам не знает поутру, //
Куда поедет ввечеру.
Бывало,
он еще в постеле: // К
нему записочки несут. // Что? Приглашенья? В самом деле, // Три дома на вечер зовут: // Там будет бал, там детский праздник. //
Куда ж поскачет мой проказник? // С кого начнет
он? Всё равно: // Везде поспеть немудрено. // Покамест в утреннем уборе, // Надев широкий боливар, // Онегин едет на бульвар, // И там гуляет на просторе, // Пока недремлющий брегет // Не прозвонит
ему обед.
«Ах! няня, сделай одолженье». — // «Изволь, родная, прикажи». // «Не думай… право… подозренье… // Но видишь… ах! не откажи». — // «Мой друг, вот Бог тебе порука». — // «Итак, пошли тихонько внука // С запиской этой к О… к тому… // К соседу… да велеть
ему, // Чтоб
он не говорил ни слова, // Чтоб
он не называл меня…» — // «Кому же, милая моя? // Я нынче стала бестолкова. // Кругом соседей много есть; //
Куда мне
их и перечесть». —
«Не влюблена ль она?» — «В кого же? // Буянов сватался: отказ. // Ивану Петушкову — тоже. // Гусар Пыхтин гостил у нас; // Уж как
он Танею прельщался, // Как мелким бесом рассыпался! // Я думала: пойдет авось; //
Куда! и снова дело врозь». — // «Что ж, матушка? за чем же стало? // В Москву, на ярманку невест! // Там, слышно, много праздных мест» — // «Ох, мой отец! доходу мало». — // «Довольно для одной зимы, // Не то уж дам хоть я взаймы».