— Monseigneur, — отвечал я, — я
получаю в год тысячу пятьсот франков постоянного жалованья и, сверх того, в виде поощрения, особую плату за каждый донос.
Неточные совпадения
В 18..
году,
в сентябре, будучи уже костромским помпадуром,
получил я от капитан-исправника донесение, что
в Нерехотском уезде появился необыкновенной величины червяк, который поедает озимь, сию надежду будущего урожая, и что, несмотря на принятые полицейские меры, сей червь, как бы посмеиваясь над оными, продолжает свое истребительное дело.
— Да, это будет продолжением моего чухломского хозяйства. Но ты не можешь себе представить, какие поразительные результаты я иногда
получал! Вот тебе один пример из множества:
в 1869
году я приобрел себе ютландского борова и ютландскую свинью — как ты думаешь, сколько у меня
в настоящую минуту свиней?
— Вы глупы, Chenapan! (Да, он сказал мне это, несмотря на то, что
в то время был еще очень учтив относительно меня.) Вы не хотите понять, что чем больше с моей стороны вмешательства, тем более я
получаю прав на внимание моего начальства. Если я усмирю
в год одну революцию — это хорошо; но если я усмирю
в году две революции — это уж отлично! И вы, который находитесь на службе у величайшего из усмирителей революций, — вы не понимаете этого!
Недавно наш доктор жаловался на этого Асклипиодота, что у него один шестимесячный младенец умер от запоя, а Асклипиодот и говорит доктору, что «вы, ваше благородие, с земства-то
получаете в год три с половиной тысячи, а я шестьдесят три рубля с полтиной, так какой вы с меня еще статистики захотели…» По-моему, Асклипиодот совершенно прав, потому что дьячки не обязаны отдуваться за губернские статистические комитеты, которые за свои тысячи едва разродятся жиденькой книжонкой, набитой фразами: «По собранным нами сведениям, закон смертности выхватывает свои жертвы в Пеньковском заводе согласно колебаниям годовой температуры и находится в зависимости от изменения суточной амплитуды, климатических, изотермических и изоклинических условий, и т. д.».
Неточные совпадения
— Невыгодно! да через три
года я буду
получать двадцать тысяч годового дохода с этого именья. Вот оно как невыгодно!
В пятнадцати верстах. Безделица! А земля-то какова? разглядите землю! Всё поемные места. Да я засею льну, да тысяч на пять одного льну отпущу; репой засею — на репе выручу тысячи четыре. А вон смотрите — по косогору рожь поднялась; ведь это все падаль. Он хлеба не сеял — я это знаю. Да этому именью полтораста тысяч, а не сорок.
— Это первый хозяин, какой когда-либо бывал на Руси. Он
в десять
лет с небольшим, купивши расстроенное имение, едва дававшее двадцать тысяч, возвел его до того, что теперь он
получает двести тысяч.
Тут
в один
год он мог
получить то, чего не выиграл бы
в двадцать
лет самой ревностной службы.
Дело
в том, что Обломов накануне
получил из деревни, от своего старосты, письмо неприятного содержания. Известно, о каких неприятностях может писать староста: неурожай, недоимки, уменьшение дохода и т. п. Хотя староста и
в прошлом и
в третьем
году писал к своему барину точно такие же письма, но и это последнее письмо подействовало так же сильно, как всякий неприятный сюрприз.
Он имеет своего какого-то дохода рублей триста
в год, и сверх того он служит
в какой-то неважной должности и
получает неважное жалованье: нужды не терпит и денег ни у кого не занимает, а занять у него и подавно
в голову никому не приходит.