Неточные совпадения
Вы слышите… вы чувствуете, что и здесь сила совсем
не в
факте участия, а в праве ссылаться на него…
Феденька недоумевал. Он был убежден, что тут есть какая-то интрига, но в чем она состоит — объяснить себе
не умел. Бедный! Он, видимо, следовал старой рутине и все искал каких-то
фактов, которые дали бы ему повод объявить поход. Он
не подозревал, что система
фактов есть система устарелая, что нарождается и даже народилась совершенно иная система, которая позволяет без всякого повода, без малейшего
факта бить тревогу и ходить войною вдоль и поперек, приводя в трепет оторопелых обывателей…
И Феденька почувствовал себя как-то необыкновенно легко и свободно, когда убедился, что ему
не нужно ни
фактов, ни целей, а нужен только «дух», «направление», «превратные толкования» — и ничего больше.
Пусть завистники утверждают, что его план «борьбы» напоминает оперетту Лекока «Le beau chevalier Dunois» [«Прекрасный рыцарь Дюнуа» (фр.).] и
не имеет никакого отношения к Навозному; он знает, что в Навозном уже давно прорываются
факты, свидетельствующие, что яд, погубивший Францию, проник и туда и что, следовательно, именно теперь план его как нельзя более уместен и своевременен.
Это было самое тяжелое время для Анны Григорьевны. Феденька ходил сумрачный и громко выражался, что он — жертва интриги. Дни проходили за днями; с каждым новым днем он с большим и большим усилием искал
фактов и ничего
не находил.
Дошло до того, что он даже ее однажды упрекнул в тайном содействии интриге. Ее, которая… Ах! это была такая несправедливость, что она могла только заплакать в ответ на обвинение. Но и тут она
не упрекнула его, а только усерднее стала молиться, прося у неба о ниспослании Феденьке
фактов.
Он понял, что ему ничего
не нужно понимать, что
не нужно ни
фактов, ни корней, ни нитей, что можно с пустыми руками, с одной доброй волей, начать дело нравственного возрождения Навозного, сопровождаемое борьбою а grand spectacle, [Весьма эффектной (фр.).] с истреблениями, разорениями, расточениями и другими принадлежностями возрождающей власти.
—
Не в том дело, Пустынник! а каков
факт!
Но это будет
не преувеличение и
не искажение действительности, а только разоблачение той другой действительности, которая любит прятаться за обыденным
фактом и доступна лишь очень и очень пристальному наблюдению.
Если б я рассказал жизнь Феденьки в форме обнаженной летописи выдающихся
фактов его деятельности, я думаю, что читатель был бы более вправе упрекнуть меня в искажении, хотя бы в моем рассказе
не было на горчичное зерно вымысла.
Таким образом наступало время обеда, когда он обыкновенно возвращался домой. К обеду приглашался письмоводитель и тот из квартальных, который, на основании достоверных
фактов, мог доказать, что он в течение всего предшествующего дня подлинно никого
не обидел и никому
не заезжал. Пища подавалась жирная и сдобная, и он ел охотно, но вина остерегался и пил только квас.
Это чудища, которые лгут не потому, чтобы имели умысел вводить в заблуждение, а потому, что не хотят знать ни свидетельства истории, ни свидетельства современности, которые ежели и видят факт, то признают в нем
не факт, а каприз человеческого своеволия.
Неточные совпадения
— Лжешь, ничего
не будет! Зови людей! Ты знал, что я болен, и раздражить меня хотел, до бешенства, чтоб я себя выдал, вот твоя цель! Нет, ты
фактов подавай! Я все понял! У тебя
фактов нет, у тебя одни только дрянные, ничтожные догадки, заметовские!.. Ты знал мой характер, до исступления меня довести хотел, а потом и огорошить вдруг попами да депутатами [Депутаты — здесь: понятые.]… Ты их ждешь? а? Чего ждешь? Где? Подавай!
Мне, напротив, следовало бы сначала усыпить подозрения ваши и виду
не подать, что я об этом
факте уже известен; отвлечь, этак, вас в противоположную сторону, да вдруг, как обухом по темени (по вашему же выражению), и огорошить: «А что, дескать, сударь, изволили вы в квартире убитой делать в десять часов вечера, да чуть ли еще и
не в одиннадцать?
— Нет, брат,
не но, а если серьги, в тот же день и час очутившиеся у Николая в руках, действительно составляют важную фактическую против него контру — однако ж прямо объясняемую его показаниями, следственно еще спорную контру, — то надо же взять в соображение
факты и оправдательные, и тем паче что они
факты неотразимые.
Сударыня! — восклицал он внушительным голосом, — до вас этот
факт не касается!
Вот этого-то я и сам
не понимаю, а что я рассказываю истинный
факт, то это верно!