Неточные совпадения
«Паны дерутся, а у хлопов чубы болят», — говорит старая малороссийская пословица, и в настоящем случае она
с удивительною пунктуальностью применяется
на практике. Но только понимает ли заманиловский Авдей, что его злополучие имеет какую-то связь
с «молчаливым тостом»? что от этого зависит война или мир, повышение или понижение
курса, дороговизна или дешевизна, наличность баланса или отсутствие его?
Основа,
на которой зиждется его существование, до того тонка, что малейший неосторожный шаг неминуемо повлечет за собой нужду. Сыновья у него
с детских лет в разброде, да и не воротятся домой, потому что по окончании
курса пристроятся
на стороне. Только дочери дома; их и рад бы сбыть, да
с бесприданницами придется еще подождать.
Это была какая-то горячка, какое-то лихорадочное метание из клиники в клинику, с лекции на лекцию,
с курса на курс; как в быстро поворачиваемом калейдоскопе, перед нами сменялись самые разнообразные вещи: резекция колена, лекция о свойствах наперстянки, безумные речи паралитика, наложение акушерских щипцов, значение Сиденгама в медицине, зондирование слезных каналов, способы окрашивания леффлеровых бацилл, местонахождение подключичной артерии, массаж, признаки смерти от задушения, стригущий лишай, системы вентиляции, теории бледной немочи, законы о домах терпимости и т. д., и т. д.
Неточные совпадения
Еще в первое время по возвращении из Москвы, когда Левин каждый раз вздрагивал и краснел, вспоминая позор отказа, он говорил себе: «так же краснел и вздрагивал я, считая всё погибшим, когда получил единицу за физику и остался
на втором
курсе; так же считал себя погибшим после того, как испортил порученное мне дело сестры. И что ж? — теперь, когда прошли года, я вспоминаю и удивляюсь, как это могло огорчать меня. То же будет и
с этим горем. Пройдет время, и я буду к этому равнодушен».
Окончив
курсы в гимназии и университете
с медалями, Алексей Александрович
с помощью дяди тотчас стал
на видную служебную дорогу и
с той поры исключительно отдался служебному честолюбию. Ни в гимназии, ни в университете, ни после
на службе Алексей Александрович не завязал ни
с кем дружеских отношений. Брат был самый близкий ему по душе человек, но он служил по министерству иностранных дел, жил всегда за границей, где он и умер скоро после женитьбы Алексея Александровича.
Она видела, что сверстницы Кити составляли какие-то общества, отправлялись
на какие-то
курсы, свободно обращались
с мужчинами, ездили одни по улицам, многие не приседали и, главное, были все твердо уверены, что выбрать себе мужа есть их дело, а не родителей.
Малоспособных выпускал он
на службу из первого
курса, утверждая, что их не нужно много мучить: довольно
с них, если приучились быть терпеливыми, работящими исполнителями, не приобретая заносчивости и всяких видов вдаль.
К полудню
на горизонте показался дымок военного крейсера, крейсер изменил
курс и
с расстояния полумили поднял сигнал — «Лечь в дрейф!»