Неточные совпадения
— Никак, солнце-то высоко взошло! — сказал бригадир, просыпаясь
и принимая
запад за
восток.
Все дома окрашены светло-серою краской,
и хотя в натуре одна сторона улицы всегда обращена на север или
восток, а другая на юг или
запад, но даже
и это упущено было из вида, а предполагалось, что
и солнце
и луна все стороны освещают одинаково
и в одно
и то же время дня
и ночи.
У меня солнце каждый день на
востоке встает,
и я не могу распорядиться, чтобы оно вставало на
западе!"
Русский империализм имеет национальную основу, но по заданиям своим он превышает все чисто национальные задания, перед ним стоят задачи широких объединений, быть может, невиданных еще объединений
Запада и Востока, Европы и Азии.
Эта безобразная капля ярмарочного моря в миниатюре представляла собой все наше многоязычное, разноплеменное и неизмеримо разнообразное отечество: север и юг,
запад и восток имели здесь своих типичных представителей, слившихся в одну пеструю мозаику.
Какие степи, горы и моря // Оружию славян сопротивлялись? // И где веленью русского царя // Измена и вражда не покорялись? // Смирись, черкес! и
запад и восток, // Быть может, скоро твой разделит рок. // Настанет час — и скажешь сам надменно // Пускай я раб, но раб царя вселенной! // Настанет час — и новый грозный Рим // Украсит Север Августом другим!
Неточные совпадения
На
запад пятиглавый Бешту синеет, как «последняя туча рассеянной бури»; на север подымается Машук, как мохнатая персидская шапка,
и закрывает всю эту часть небосклона; на
восток смотреть веселее: внизу передо мною пестреет чистенький, новенький городок, шумят целебные ключи, шумит разноязычная толпа, — а там, дальше, амфитеатром громоздятся горы все синее
и туманнее, а на краю горизонта тянется серебряная цепь снеговых вершин, начинаясь Казбеком
и оканчиваясь двуглавым Эльбрусом…
— Учредителю плавания я рек: — Да корабли мои рассеются по всем морям, да узрят их неведомые народы; флаг мой да известен будет на Севере,
Востоке, Юге
и Западе.
Познал 1-е: не на
восток и не на
запад, но на север
и юг обращатися довлеет.
Тяга была прекрасная. Степан Аркадьич убил еще две штуки
и Левин двух, из которых одного не нашел. Стало темнеть. Ясная, серебряная Венера низко на
западе уже сияла из-за березок своим нежным блеском,
и высоко на
востоке уже переливался своими красными огнями мрачный Арктурус. Над головой у себя Левин ловил
и терял звезды Медведицы. Вальдшнепы уже перестали летать; но Левин решил подождать еще, пока видная ему ниже сучка березы Венера перейдет выше его
и когда ясны будут везде звезды Медведицы.
Пробегая глазами только по платьям
и не добираясь до этих бритых голов, тупых взглядов
и выдавшихся верхних челюстей, я забывал, где сижу: вместо крайнего
Востока как будто на крайнем
Западе: цвет? в туалете — как у европейских женщин.