Неточные совпадения
Я думаю, что непрерывное их повторение повергло бы
даже дедушку в такое же уныние, как и меня,
если бы тут не было подстрекающей мысли о каких-то якобы правах.
Стало быть,
если мы благоговейно просим поставить тире, то не только не грешим против мудрости действительной, но
даже споспешествующим образом доказываем, какая от того есть приносимая польза.
Однако, повторяю, бог спас, и, может быть, я провел бы время
даже не совсем дурно,
если б не раздражали меня, во-первых, периодические визиты поручика Хватова и, во-вторых, назойливость Прокопа. Помимо этих двух неприятностей, право, все было хорошо.
Иногда я иду
даже далее идеи простого равенства перед драньем и формулирую свою мысль так: уж
если не драть одного, то не будет ли еще подходящее не драть никого?
Такие жертвы всегда оцениваются по достоинству, и человек, который приносит их, будет почтен
даже в том случае,
если он несомненно платит налогов на три копейки меньше против сущей справедливости.
Ст. 2-я. Отметчики и газетные репортеры, то есть все те, кои наблюдают, дабы полуда на посуде в трактирных заведениях всегда находилась в исправности, могут вступать в Союз
даже в том случае,
если не имеют вполне твердых познаний в грамматике.
Поэтому нам кажется, что ограничить, относительно отметчиков, возможность вступать в Союз Пенкоснимателей было бы несправедливо
даже в том случае,
если бы люди сии и не вполне безукоризненно расставляли знаки препинания.
— Конечно. Но он прибавил к этому еще следующее: во всяком случае, мой друг, я тогда только могу ручаться за успех,
если пресса наша будет вести себя с особенною сдержанностью. Слово"особенною"старик
даже подчеркнул.
—
Если я не ошибаюсь, — сказал я, — вы изволили давеча выразить опасение, что у нас с часу на час могут отнять
даже и то, что мы имеем?
A так как я его друг, то, очевидно, было бы
даже «подло»,
если бы я не содействовал этому торжеству.
И он, адвокат, конечно, не потащился бы в эту"проклятую дыру"(так назвал он Проплеванную!), он
даже плюнул бы на это поганое дело,
если б не было надежды, что Прокоп со временем сам изнеможет под бременем торжества своей добродетели.
И хотя я отнюдь не утверждаю, что основания для подобных предположений существуют в действительности — я
даже думаю, что на деле никаких неблагоприятных обстановок и в помине не имеется, — но ведь возможны же подобные предположения, а
если они возможны, то, стало быть, и самый иск, направленный против порочных явлений, становится до крайности рискованным и шатким.
Даже и теперь, вспоминая об этом времени, я чувствую, как меня саднит и теплота разливается во всем моем существе, и мне кажется, что
если б можно было — о,
если б было можно! — остановить часовую стрелку на той самой минуте, когда Петр Иваныч впервые сказал:"Наконец и мы освободились!" — как было бы это хорошо!
Да; это было бы хорошо
даже в том случае,
если б Петр Иваныч сказал эту фразу не своим, а чужим языком.
И только. В этом вся наша панацея, в этом перспектива нашего будущего. Бели мы не можем ясно формулировать, чего мы требуем, что же мы можем?
Если у нас нет
даже рутины, а тем менее знания, то какое занятие может приличествовать нам, кроме"политики"?
Если же и"политика"ускользает от наших рук, то чем мы можем ее заменить, кроме слоняния из одного угла в другой? Какие надежды могут нас оживлять, кроме надежд на выигрыш двухсот тысяч?
И вот наступает третий период: оборотный капитал съеден и пропит. Ежели в два предшествующих периода человек не имел никаких надежд, кроме:"вот кабы"да"уж тогда бы",
если он и тогда, в сущности, только слонялся, сам не понимая, зачем ел и пил больше, чем надо, и восхищался Патти, в душе припоминая девку Палашку, то теперь, когда все уже"совершилось", когда весь круг пройден и
даже нет в виду ни"кабы", ни"
если бы" — какой удел может предстоять ему, кроме уныния?
Но кроме того, что для общества, в целом его составе, подобная неперемежающаяся тревога жизни немыслима, —
даже те отдельные индивидуумы, которые чувствуют себя затянутыми в водоворот ее, не могут отнестись к ней как к действительной цели жизни."Хищник"несчастлив, потому что
если он, вследствие своей испорченности, и не может отказаться от тревоги, то он все-таки не может не понимать, что тревога, в самом крайнем случае, только средство, а никак не цель.
Впрочем, приезжий делал не всё пустые вопросы; он с чрезвычайною точностию расспросил, кто в городе губернатор, кто председатель палаты, кто прокурор, — словом, не пропустил ни одного значительного чиновника; но еще с большею точностию,
если даже не с участием, расспросил обо всех значительных помещиках: сколько кто имеет душ крестьян, как далеко живет от города, какого даже характера и как часто приезжает в город; расспросил внимательно о состоянии края: не было ли каких болезней в их губернии — повальных горячек, убийственных каких-либо лихорадок, оспы и тому подобного, и все так обстоятельно и с такою точностию, которая показывала более, чем одно простое любопытство.
— А если, — начала она горячо вопросом, — вы устанете от этой любви, как устали от книг, от службы, от света; если со временем, без соперницы, без другой любви, уснете вдруг около меня, как у себя на диване, и голос мой не разбудит вас; если опухоль у сердца пройдет,
если даже не другая женщина, а халат ваш будет вам дороже?..
Неточные совпадения
Что ж,
если вашим пистолетом // Сражен приятель молодой, // Нескромным взглядом, иль ответом, // Или безделицей иной // Вас оскорбивший за бутылкой, // Иль
даже сам в досаде пылкой // Вас гордо вызвавший на бой, // Скажите: вашею душой // Какое чувство овладеет, // Когда недвижим, на земле // Пред вами с смертью на челе, // Он постепенно костенеет, // Когда он глух и молчалив // На ваш отчаянный призыв?
«Нет, этого мы приятелю и понюхать не дадим», — сказал про себя Чичиков и потом объяснил, что такого приятеля никак не найдется, что одни издержки по этому делу будут стоить более, ибо от судов нужно отрезать полы собственного кафтана да уходить подалее; но что
если он уже действительно так стиснут, то, будучи подвигнут участием, он готов дать… но что это такая безделица, о которой
даже не стоит и говорить.
— Что ж могу я сделать? Я должен воевать с законом. Положим,
если бы я
даже и решился на это, но ведь князь справедлив, — он ни за что не отступит.
Если бы
даже пришлось вести дело с дураками круглыми, он бы и тут не вдруг начал.
Если его спросить прямо о чем-нибудь, он никогда не вспомнит, не приберет всего в голову и
даже просто ответит, что не знает, а
если спросить о чем другом, тут-то он и приплетет его, и расскажет с такими подробностями, которых и знать не захочешь.