Неточные совпадения
Сказав это, он устремил такой пронзительный взгляд в
даль, что я сразу понял, что сей
человек ни перед какими видами несостоятельным себя не окажет.
Ежели я
человека, посредством искусно комбинированной системы воспрещений и сокрытий, отвлеку от предметов, кои могут излишне пленять его любознательность или
давать его мысли несвоевременный полет, то этим я уже довольно много сделаю.
Выскажи он мысль сколько-нибудь человеческую — его засмеют, назовут блаженненьким, не
дадут проходу. Но он явился не с проектом о признании в
человеке человеческого образа (это был бы не проект, а опасное мечтание), а с проектом о превращении человеческих голов в стенобитные машины — и нет хвалы, которою не считалось бы возможным наградить эту гнилую отрыжку старой канцелярской каверзы, не нашедшей себе ограничения ни в совести, ни в знании.
Читатель! не воображай, что я
человек жадный до денег, что я думаю только о стяжании и что, поэтому, сребролюбивые мечтания даже во сне не
дают мне покоя.
Идет ли
человек по тротуару, сидит ли в обществе пенкоснимателей, читает ли корреспонденцию из Пирятина — вдруг гаркнет: odiarti! [ненавидеть тебя!] — и сам не может
дать себе отчета, зачем и почему.
Быть может, думаете вы, в нем колышется мысль: вот пойду поклонюсь этому
человеку в ноги, и он
даст мне рубль серебра!
Итак, скучает старый ветхий
человек, скучает и новый ветхий
человек. Что делает другой — "новый
человек", — пока неизвестно, да не он и
дает тон жизни.
Она была несколько томна, но казалась такою покойною и неподвижною, как будто каменная статуя. Это был тот сверхъестественный покой, когда сосредоточенный замысел или пораженное чувство
дают человеку вдруг всю силу, чтоб сдержать себя, но только на один момент. Она походила на раненого, который зажал рану рукой, чтоб досказать, что нужно, и потом умереть.
Поэтому Вронский при встрече с Голенищевым дал ему тот холодный и гордый отпор, который он умел
давать людям и смысл которого был таков: «вам может нравиться или не нравиться мой образ жизни, но мне это совершенно всё равно: вы должны уважать меня, если хотите меня знать».
Я опять не мог защититься от досады, глядя на места, где природа сделала с своей стороны все, чтоб
дать человеку случай приложить и свою творческую руку и наделать чудес, и где человек ничего не сделал.
Неточные совпадения
Гм! гм! Читатель благородный, // Здорова ль ваша вся родня? // Позвольте: может быть, угодно // Теперь узнать вам от меня, // Что значит именно родные. // Родные
люди вот какие: // Мы их обязаны ласкать, // Любить, душевно уважать // И, по обычаю народа, // О Рождестве их навещать // Или по почте поздравлять, // Чтоб остальное время года // Не думали о нас они… // Итак,
дай Бог им долги дни!
Я знал красавиц недоступных, // Холодных, чистых, как зима, // Неумолимых, неподкупных, // Непостижимых для ума; // Дивился я их спеси модной, // Их добродетели природной, // И, признаюсь, от них бежал, // И, мнится, с ужасом читал // Над их бровями надпись ада: // Оставь надежду навсегда. // Внушать любовь для них беда, // Пугать
людей для них отрада. // Быть может, на брегах Невы // Подобных
дам видали вы.
«А мне пусть их все передерутся, — думал Хлобуев, выходя. — Афанасий Васильевич не глуп. Он
дал мне это порученье, верно, обдумавши. Исполнить его — вот и все». Он стал думать о дороге, в то время, когда Муразов все еще повторял в себе: «Презагадочный для меня
человек Павел Иванович Чичиков! Ведь если бы с этакой волей и настойчивостью да на доброе дело!»
Что думал он в то время, когда молчал, — может быть, он говорил про себя: «И ты, однако ж, хорош, не надоело тебе сорок раз повторять одно и то же», — Бог ведает, трудно знать, что думает дворовый крепостной
человек в то время, когда барин ему
дает наставление.
Вы
человек с доброй душой: к вам придет приятель попросить взаймы — вы ему
дадите; увидите бедного
человека — вы захотите помочь; приятный гость придет к вам — захотите получше угостить, да и покоритесь первому доброму движенью, а расчет и позабываете.