Неточные совпадения
Ижбурдин. Какие они, батюшка, товарищи?
Вот выпить,
в три листа сыграть — это они точно товарищи, а помочь
в коммерческом деле — это, выходит, особь статья. По той
причине,
что им же выгоднее, коли я опоздаю ко времени, а как совсем затону — и того лучше. Выходит,
что коммерция,
что война — это сюжет один и тот же. Тут всякий не то чтоб помочь, а пуще норовит как ни на есть тебя погубить, чтоб ему просторнее было. (Вздыхает.)
Принял он, сударь, и схиму, перед кончиной, по той
причине,
что перед лицо божие похотел предстать
в ангельском всеоружии; об одном только жалел,
что не сподобил его бог мученический венец восприять,
что вот он на свободе преставляется, а не
в узах и не
в тесноте.
Вот он и бежал; старую веру, слышь, принял, да потом нашими благоприятелями и уставлен к нам пастырем! И ума-то даже хитрого не имел, да, видно, по этой
причине и полюбился нашим милостивцам,
что на нем подозренья держать было нельзя; весь он был
в их руках.
— Как не быть-с!
вот хоть бы здесь купец есть, Иван Мелентьев прозывается, — ну, этот точно
что человек, однако, видно, ему не рука — по той
причине,
что этому архиерею, будь он хошь семи пядей во лбу, годик, много два поцарствовать, а потом, известно,
в тюрьме же гнить придется.
— А потому что потому-с. Начальство —
вот в чем причина! Сенек-то много-с, так коли ежели каждый для себя особливой шапки потребует… А у нас на этот счет так принято: для сокращения переписки всем чтобы одна мера была! Вот мы и пригоняем-с. И правильно это, доложу вам, потому что народ — он глуп-с.
Неточные совпадения
— Вы знаете,
что не это было
причиною нашей размолвки. Но как бы то ни было, мы не нуждались друг
в друге,
вот главное;
в нас слишком много было… как бы это сказать… однородного. Мы это не сразу поняли. Напротив, Аркадий…
Между тем недавнее знакомство между Иваном Петровичем Берестовым и Григорьем Ивановичем Муромским более и более укреплялось и вскоре превратилось
в дружбу,
вот по каким обстоятельствам: Муромский нередко думал о том,
что по смерти Ивана Петровича все его имение перейдет
в руки Алексею Ивановичу;
что в таком случае Алексей Иванович будет один из самых богатых помещиков той губернии и
что нет ему никакой
причины не жениться на Лизе.
— Есть
причина. Живу я где-то на задворках,
в тупике. Людей — боюсь, вытянут и заставят делать что-нибудь… ответственное. А я не верю, не хочу.
Вот — делают, тысячи лет делали. Ну, и —
что же? Вешают за это. Остается возня с самим собой.
— XIX век — век пессимизма, никогда еще
в литературе и философии не было столько пессимистов, как
в этом веке. Никто не пробовал поставить вопрос:
в чем коренится
причина этого явления? А она — совершенно очевидна: материализм! Да, именно — он! Материальная культура не создает счастья, не создает. Дух не удовлетворяется количеством вещей, хотя бы они были прекрасные. И
вот здесь — пред учением Маркса встает неодолимая преграда.
— Так Дмитрий Федорович мне сам говорил, ему и верьте. Разлучница его погубила,
вот что, всему одна она
причиной,
вот что, — вся как будто содрогаясь от ненависти, прибавила Грушенька, и злобная нотка зазвенела
в ее голосе.