— Так, без родительского благословения, как собаки, и повенчались! — сетовала по этому случаю Арина Петровна. — Да
хорошо еще, что кругом налоя-то муженек обвел! Другой бы попользовался — да и был таков! Ищи его потом да свищи!
— Ты куда ж это от матери уходил? — начала она, — знаешь ли, как ты мать-то обеспокоил?
Хорошо еще, что папенька ни об чем не узнал, — каково бы ему было при его-то положении?
— Ах, грех какой!
Хорошо еще, что лампадки в образной зажжены. Точно ведь свыше что меня озарило. Ни праздник у нас сегодня, ни что — просто с Введеньева дня лампадки зажжены, — только подходит ко мне давеча Евпраксеюшка, спрашивает: «Лампадки-то боковые тушить, что ли?» А я, точно вот толкнуло меня, подумал эдак с минуту и говорю: не тронь! Христос с ними, пускай погорят! Ан вон оно что!
Неточные совпадения
— Кушайте, батюшка! — убеждал он отца благочинного, — все это запасы покойного братца! любил покойник покушать! И сам
хорошо кушал, а
еще больше других любил угостить! Ах, брат, брат! оставил ты нас! Нехороший ты, брат, недобрый!
— Скончалась, мой друг! и как
еще скончалась-то! Мирно, тихо, никто и не слыхал! Вот уж именно непостыдныя кончины живота своего удостоилась! Обо всех вспомнила, всех благословила, призвала священника, причастилась… И так это вдруг спокойно, так спокойно ей сделалось! Даже сама, голубушка, это высказала: что это, говорит, как мне вдруг
хорошо! И представь себе: только что она это высказала, — вдруг начала вздыхать! Вздохнула раз, другой, третий — смотрим, ее уж и нет!
— А скажу: нельзя — и посиди! Не посторонний сказал, дядя сказал — можно и послушаться дядю. Ах, мой друг, мой друг!
Еще хорошо, что у вас дядя есть — все же и пожалеть об вас, и остановить вас есть кому! А вот как у других — нет никого! Ни их пожалеть, ни остановить — одни растут! Ну, и бывает с ними… всякие случайности в жизни бывают, мой друг!
— То-то и я думала! А я вот
еще что хотела вас спросить:
хорошо в актрисах служить?
— Вот об чем я
еще хотела вас спросить, — говорила между тем попадья, — в приходе у нас девушка одна есть, лыщевского дворового дочка; так она в Петербурге у одной актрисы в услуженье была.
Хорошо, говорит, в актрисах житье, только билет каждый месяц выправлять надо… правда ли это?
— Ну, или простить! Я всегда так и делаю: коли меня кто осуждает, я его прощу да
еще Богу за него помолюсь! И ему
хорошо, что за него молитва до Бога дошла, да и мне
хорошо: помолился, да и забыл!
— А он взял да и промотал его! И добро бы вы его не знали: буян-то он был, и сквернослов, и непочтительный — нет-таки. Да
еще папенькину вологодскую деревеньку хотели ему отдать! А деревенька-то какая! вся в одной меже, ни соседей, ни чересполосицы, лесок хорошенький, озерцо… стоит как облупленное яичко, Христос с ней!
хорошо, что я в то время случился, да воспрепятствовал… Ах, маменька, маменька, и не грех это вам!
— И рад бы, голубчик, да сил моих нет. Кабы прежние силы, конечно,
еще пожил бы, повоевал бы. Нет! пора, пора на покой! Уеду отсюда к Троице-Сергию, укроюсь под крылышко угоднику — никто и не услышит меня. А уж мне-то как
хорошо будет: мирно, честно, тихо, ни гвалту, ни свары, ни шума — точно на небеси!
Дорога пошла в гору. Жарко. Мы сняли пальто: наши узкие костюмы, из сукна и других плотных материй, просто невозможны в этих климатах. Каков жар должен быть летом!
Хорошо еще, что ветер с моря приносит со всех сторон постоянно прохладу! А всего в 26-м градусе широты лежат эти благословенные острова. Как не взять их под покровительство? Люди Соединенных Штатов совершенно правы, с своей стороны.
Неточные совпадения
Аммос Федорович. А черт его знает, что оно значит!
Еще хорошо, если только мошенник, а может быть, и того
еще хуже.
Осип (в сторону).А что говорить? Коли теперь накормили
хорошо, значит, после
еще лучше накормят. (Вслух.)Да, бывают и графы.
Городничий.
Хорошо,
хорошо, и дело ты говоришь. Там я тебе дал на чай, так вот
еще сверх того на баранки.
)Мы, прохаживаясь по делам должности, вот с Петром Ивановичем Добчинским, здешним помещиком, зашли нарочно в гостиницу, чтобы осведомиться,
хорошо ли содержатся проезжающие, потому что я не так, как иной городничий, которому ни до чего дела нет; но я, я, кроме должности,
еще по христианскому человеколюбию хочу, чтоб всякому смертному оказывался хороший прием, — и вот, как будто в награду, случай доставил такое приятное знакомство.
Голос Осипа. Вот с этой стороны! сюда!
еще!
хорошо. Славно будет! (Бьет рукою по ковру.)Теперь садитесь, ваше благородие!