Неточные совпадения
Как хотите, а право презирать все-таки
хоть сколько-нибудь да облегчает меня…
— Пустое дело. Почесть что задаром купил. Иван Матвеич, помещик тут был, господин Сибиряков прозывался. Крестьян-то он в казну отдал. Остался у него лесок — сам-то он в него не заглядывал, а лесок ничего,
хоть на
какую угодно стройку гож! — да болотце десятин с сорок. Ну, он и говорит, Матвей-то Иваныч: «Где мне, говорит, с этим дерьмом возжаться!» Взял да и продал Крестьян Иванычу за бесценок. Владай!
Зачем писан рассказ? А
хоть бы затем, милостивые государи, чтоб констатировать,
какие бывают на свете благонамеренные речи.
— А
какую я вам, Сергей Иваныч, рыбку припас, — обратился Терпибедов к Колотову, — уж если эта рыбка невкусна покажется, так
хоть всю речную муть перешарьте — пустое дело будет.
— Позволю себе спросить вас: ежели бы теперича они не злоумышляли, зачем же им было бы опасаться, что их подслушают? Теперича, к примеру, если вы, или я, или господин капитан… сидим мы, значит, разговариваем… И
как у нас злых помышлений нет, то неужели мы станем опасаться, что нас подслушают! Да милости просим! Сердце у нас чистое, помыслов нет —
хоть до завтрева слушайте!
— Не понравился, батя! не понравился наш осётрик господину молодому исправнику! Что ж, и прекрасно! Очень даже это хорошо-с! Пускай Васютки мерзавцами нас зовут! пускай своих гусей в наших палисадниках пасут! Теперь я знаю-с. Ужо
как домой приеду — сейчас двери настежь и всех хамов созову. Пасите, скажу, подлецы!
хоть в зале у меня гусей пасите! Жгите, рубите, рвите! Исправник, скажу, разрешил!
— Вот
какую хижу я себе выстроил! — приветствовал он меня, когда мы вошли в кабинет, — теперь у меня простора вдоволь,
хоть в дрожках по горницам разъезжай. А прежде-то что на этом месте было… чай, помните?
Когда давеча Николай Осипыч рассказывал,
как он ловко мужичков окружил,
как он и в С., и в Р. сеть закинул и довел людей до того, что
хоть задаром хлеб отдавай, — разве Осип Иваныч вознегодовал на него? разве он сказал ему:"Бездельник! помни, что мужику точно так же дорога его собственность,
как и тебе твоя!"? Нет, он даже похвалил сына, он назвал мужиков бунтовщиками и накричал с три короба о вреде стачек, отнюдь, по-видимому, не подозревая, что «стачку», собственно говоря, производил он один.
Съездили в Филипцево, потом в Ковалиху съездили, потом в Тараканиху. И везде оказался лес. В одном месте настоящий лес,"
хоть в
какую угодно стройку пущай", в другом — молодятник засел.
А
как начнешь с редочи-то показывать, так после
хоть и привези его сюда, к настоящему лесу, — он все про редочь поминать будет!
— Наша должность, ваше благородие, осмелюсь вам доложить, даже очень довольно строгая. Смотрите, примерно, теперича
хоть вы, или другой кто: гуляет, мол, Федор, в баклуши бьет! А я, между прочим, нисколько не гуляю, все промежду себя обдумываю.
Как, значит, кому угодить и кому что, к примеру, требуется. Все это я завсегда на замечании держать должен. К примеру, хошь бы такой случай: иной купец сам доходит, а другой — через прикащиков.
— Эх, Степан Лукьяныч,
как это, братец, ты говоришь:"соврал!"Могу ли я теперича господина обманывать! Может, я через это самое кусок хлеба себе получить надеюсь, а ты говоришь:"соврал!"А я все одно, что перед богом, то и перед господином! Возьмем теперича
хоть это самое Филипцево! Будем говорить так: что для господина приятнее, пять ли тысяч за него получить или три? Сказывай!
— Я тебе вот
как скажу: будь я теперича при капитале — не глядя бы, семь тысяч за него дал! Потому что, сейчас бы я первым делом этот самый лес рассертировал. Начать
хоть со строевого… видел,
какие по дороге деревья-то стоят… ужастёенные!
— Мало ли тут дерева!
Хоть в
какую угодно стройку!
— И
какое еще житье-то! Скажем, к примеру,
хоть об том же Хмелеве — давно ли он серым мужиком состоял! И вдруг ему господь разум развязал! Зачал он и направо загребать, и налево загребать… Страсть! Сядет, это, словно кот в темном углу, выпустит когти и ждет… только глаза мерцают!
Теперича
хоть бы я: миткалевая фабрика у меня есть, хлопок нужен;
как приду я к немцу в своем природном, русском виде, мне и поклониться ему не стыдно!
— У нас ведь до четырех часов материя-то эта длится… Н-да-с, так вы, значит, удивлены? А уже мне-то
какой сюрприз был, так и вообразить трудно! Для вас-то, бывало, он все-таки принарядится,
хоть сюртучишко наденет, а ведь при мне… Верите ли, — шепнул он мне на ухо, — даже при семейных моих, при жене-с…
— Не говорите, сударь! Такого подлеца,
как этот самый Осип Иванов, днем с огнем поискать! Живого и мертвого готов ободрать. У нас в К. такую механику завел, что
хоть брось торговать. Одно обидно: все видели, у всех на знати,
как он на постоялом, лет тридцать тому назад, извозчиков овсом обмеривал!
— Это насчет того, чтобы перенять, что ли-с? Ваше сиятельство! помилуйте! да покажите
хоть мне! Скажите:"Сделай, Антон Верельянов, вот эту самую машину… ну, то есть вот
как!"с места, значит, не сойду, а уж дойду и представлю!
— Самая это, ваше сиятельство, полезная вещь будет! А для простого народа, для черняди, легость
какая — и боже ты мой! Потому что возьмем, к примеру,
хоть этот самый хмель: сколько теперича его даром пропадает! Просто, с позволения сказать, в навоз валят! А тогда, значит, всякий, кто даже отроду хмелем не занимался, и тот его будет разводить. Потому, тут дело чистое: взял, собрал в мешок, представил в прессовальное заведение, получил денежки — и шабаш!
— Да-с, любезнейший родитель! Не могу похвалить ваши порядки! не могу-с! Пошел в сад — ни души! на скотном — ни души! на конном —
хоть шаром покати! Одного только ракалью и нашел — спит брюхом кверху! И надобно было видеть,
как негодяй изумился, когда я ему объяснил, что он нанят не для спанья, а для работы! Да-с! нельзя похвалить-с! нельзя-с!
— Божья воля — само собой. А главная причина — строгие времена пришли. Всякому чужого хочется, а между прочим, никому никого не жаль. Возьмем
хоть Григорья Александрыча. Ну, подумал ли он,
как уставную-то грамоту писал, что мужика обездоливает? подумал ли, что мужику либо землю пахать, либо за курами смотреть? Нет, он ни крошки об этом не думал, а, напротив того, еще надеялся:"То-то, мол, я штрафов с мужиков наберу!"
На всех прошения пишет, и
хоть нигде ему, ни в
каких местах, резону нынче не дают, а он все пишет.
По старой привычке, мне все еще кажется, что во всяких желаниях найдется
хоть крупица чего-то подлежащего удовлетворению (особливо если тщательно рассортировывать желания настоящие, разумные от излишних и неразумных,
как это делаю я) и что если я люблю на досуге послушать,
какие бывают на свете вольные мысли, то ведь это ни в
каком случае никому и ничему повредить не может.
Во-первых, он,
как говорится, toujours a cheval sur les principes; [всегда страшно принципиален (франц.)] во-вторых, не прочь от «святого» и выражается о нем так: «convenez cependant, mon cher, qu'il у a quelque chose que notre pauvre raison refuse d'approfondir», [однако согласитесь, дорогой, есть вещи, в которые наш бедный разум отказывается углубляться (франц.)] и, в-третьих, пишет и монологи и передовые статьи столь неослабно, что никакой Оффенбах не в силах заставить его положить оружие, покуда существует
хоть один несраженный враг.
Там я найду ту милую causerie, [беседу (франц.)] полную неуловимых petits riens, [безделиц (франц.)] которая, не прибавляя ничего существенного к моему благополучию, тем не менее разливает известный bien etre [благостный покой (франц.)] во всем моем существе и помогает мне
хоть на время забыть, что я не более,
как печальный осколок сороковых годов, живущий воспоминанием прошлых лучших дней и тщетно усиливающийся примкнуть к настоящему, с его «шумом» и его «crudites». [грубостью (франц.)]
Ну, да этот убогонький, за нас богу помолит! — думает Марья Петровна, — надо же кому-нибудь и богу молиться!.."И все-то она одна, все-то своим собственным хребтом устроила, потому что
хоть и был у ней муж, но покойник ни во что не входил, кроме
как подавал батюшке кадило во время всенощной да каждодневно вздыхал и за обедом, и за ужином, и за чаем о том, что не может сам обедню служить.
— Уйдешь ли ты в баню, мерзавец! — крикнула наконец Марья Петровна, но таким голосом, что Сенечке стало страшно. И долго потом волновалась Марья Петровна, и долго разговаривала о чем-то сама с собой, и все повторяла:"Лишу! ну,
как бог свят лишу я этого подлеца наследства! и перед богом не отвечу!"С своей стороны, Сенечка
хоть и пошел в баню, но не столько мылся в ней, сколько размышлял:"Господи, да отчего же я всем угодил, всем заслужил, только маменьке Марье Петровне ничем угодить и заслужить не могу!"
— Вот я, мой друг, и придумала… Да что же ты, однако, молчишь? Я,
как мать, можно сказать, перед тобой свое сердце открываю, а ты
хоть бы слово!
Вообще,
хоть я не горжусь своими знаниями, но нахожу, что тех,
какими я обладаю, совершенно достаточно, чтобы не ударить лицом в грязь. Что же касается до того, что ты называешь les choses de l'actualite, [злобой дня (франц.)] то, для ознакомления с ними, я, немедленно по прибытии к полку, выписал себе «Сын отечества» за весь прошлый год. Все же это получше «Городских и иногородных афиш», которыми пробавляетесь ты и Butor в тиши уединения.
— А
хоть бы затем, чтоб вы не смотрели так,
как сейчас на меня смотрели. Vous avez des regards de conquerant qui sont on ne peut plus compromettants… ah, oui! [У вас страшно компрометирующий взгляд победителя… да, да! (франц.)]
— Ну, вот
хоть бы… нет, ни за что не скажу! Помнишь, тогда сочинение это вышло…"Les miserables", [«Отверженные» (франц.)] что ли… да нет, не скажу! Мне самой стыдно,
как вспомнишь иногда…
—
Как тебе сказать, мой друг! Я бы на твоем месте продала. Конечно, кабы здесь жить… хорошенькие в твоем именье местечки есть… Вот
хоть бы Филипцево… хорош, очень хорош лесок!.. Признаться сказать, и я иногда подумывала твое Чемезово купить — все-таки ты мне родной! — ну, а пяти тысяч не дала бы! Пять тысяч — большие деньги! Ах,
какие это большие деньги, мой друг! Вот кабы"Кусточки"…
— Откровенно тебе скажу: очень я, мой друг, счастлива! — лгала она, — так счастлива! так счастлива, что и не знаю,
как бога благодарить! Вот
хоть бы Нонночка — никогда я худого слова от нее не слыхала! Опять и муж у нее… так ласков! так ласков!
— Ну… сделать… или,
как это… уступить… Господи, боже мой! да что же это за несчастие на меня! Я так всегда тебя уважала, да и ты всегда со мной «по-родственному» был… и вдруг такой разговор! Право,
хоть бы наши поскорее приехали, а то ты меня точно в плен взял!
Павел Федорыч уехал, а мы перешли в гостиную. Филофей Павлыч почти толкнул меня на диван ("вы, братец, — старший в семействе; по христианскому обычаю, вам следовало бы под образами сидеть, а так
как у нас, по легкомыслию нашему, в парадных комнатах образов не полагается — ну, так
хоть на диван попокойнее поместитесь!" — сказал он при этом, крепко сжимая мне руку), а сам сел на кресло подле меня. Сбоку, около стола, поместились маменька с дочкой, и я слышал,
как Машенька шепнула:"Займи дядю-то!"
— Скажите на милость — так вот у вас поп
какой. Нет, у нас попик — ничего, чистенький. Всё «Труды» какие-то читает! Зато, может быть, ваш малым довольствуется, а наш за свадьбы больно дорого берет! Ни на что не похоже. Вот я земскому-то деятелю жаловалась:"
Хоть бы вы, земство, за неимущих вступились!"
Поэтому он относится к своим собственным принципам несколько озорно, и хотя защищает их очень прилично, но не нужно быть чересчур проницательным, чтобы заметить, что вся эта защита ведется
как будто бы «пур ле жанс», и что, в сущности, для него все равно, что восток, что запад, по пословице: была бы каша заварена, а там
хоть черт родись.
— Ну, вот и слава богу! — отвечала почтенная старушка, — теперь, стало быть, ты
как захочешь, так и будешь решать! А у меня кстати с птенцовскими мужиками дело об лугах идет; двадцать лет длится — ни взад, ни вперед! То мне отдадут во владенье, то опять у меня отнимут и им отдадут. Да этак раз с десять уж. А теперь, по крайности,
хоть конец будет:
как тебе захочется, так ты и решишь.
— Хороша-то хороша. И критиков заранее устранил, и насчет этой дележки:"Об себе, мол, думаете, а старших забываете"…
хоть куда! Только вот что я вам скажу: не бывать вороне орлом!
Как он там ни топырься, а оставят они его по-прежнему на одних балыках!
— Да, не без приятности для Удодова. Да собственно говоря, он один и приятность-то от всего этого дела получит. Он-то свой процент даже сейчас уж выручил, а прочим, вот
хоть бы тем же Костроминым с братией, кажется, просто без всяких приятностей придется на нет съехать. Только вот денег много зараз в руках увидят — это
как будто радует!
— Дома — святое дело! — начал наконец Василий Иваныч, — это так только говорят, что за границей хорошо, а
как же возможно сравнить? Вот
хоть бы насчет еды: у нас ли еда или за границей?
— Да, и она. Много она для Франции полезного сделала, а частичка тоже и вреда есть. Главное дело — иностранцев от Парижа отвадила. Возьмем
хоть бы нас, русских: кабы настоящим-то манером,
как при Евгении, лямур выделывали, да нас бы, кажется, и не отодрать оттоле!