— «Позвольте! если бы ваша клиентка сделала уступку… если бы, например, половину… ведь задаром и половину получить недурно… не правда ли, недурно!» — "Правда-с; но извините, я
не имею права даже останавливаться на подобном предположении; это была бы правда, если б было доказано,что деньги, которые вы изволите предлагать на мировую, действительноприобретаются задаром,а для меня это далеко не ясно".
— Итак, будем продолжать. Ты говоришь:"Эльзас-лотарингцы обязываются примириться с тем положением, в которое поставили их результаты войны, и
не имеют права ссылаться на старое отечество, когда сила обстоятельств подарила их отечеством новым". Я говорю:"Эльзас-лотарингцы обязываются примириться с тем положением, в которое поставили их результаты войны, и не имеют права ссылаться на старое отечество, когда сила обстоятельств подарила их отечеством новым". Воля твоя, но мы говорим совершенно одно и то же!
Неточные совпадения
— Позвольте мне сказать!
Имею ли же я, наконец, основание законные свои
права отыскивать или должен молчать? Я вашему высокородию объясняю, а вы мне изволите на какую-то инстанцию указывать! Я вам объясняю, а
не инстанции-с! Ведь они всего меня лишили: сперва учительского звания, а теперь, можно сказать, и собственного моего звания…
Не будь уланского офицера, мы могли бы еще колебаться насчет важности злоумышления: теперь — мы
имеем право провидеть уже целую организацию!
—
Не ломаюсь, а осмотреться желаю. Надеюсь, что
имею на это
право!
Имеет ли, например, Осип Иваныч
право называться столпом? Или же, напротив того, он принадлежит к числу самых злых и отъявленных отрицателей собственности, семейного союза и других основ? Бьюсь об заклад, что никакой мудрец
не даст на эти вопросы сколько-нибудь положительных ответов.
И только он, сидящий там,
имеет законное основание считать себя властелином окрестности, по
праву, издавна признанному, а
не купленному при содействии кабаков, и только он же всегда был и будет подлинным сыном церкви, а
не нахальным пришлецом, воровски восхитившим
не принадлежащее ему звание.
Другая бы мать давно этакого молодца в суздаль-монастырь упекла!" — рассуждает сама с собой Марья Петровна, совершенно убежденная, что есть на свете какой-то суздаль-монастырь, в который чадолюбивые родители
имеют право во всякое время упекать
не нравящихся им детей.
Никто явно
не просит, но все, словно по команде, возглашают:"Дай бог счастливо!"Вы чувствуете, что каждый из этих людей, по-своему, содействовал факту вашего отъезда и, следовательно, каждый же
имеет на вас какое-то
право.
Вообще, это одна из тех личностей, без совета с которыми, при крепостном
праве, помещики шагу
не делали, которых называли «министрами» и которые пользовались привилегией"говорить правду", но
не забываться, подобно тем своим знатным современникам, которые, в более высокой сфере,
имели привилегию
— Да ведь они
имели право на «Кусточки»!"
Право" — ясно ли это, наконец! Вы сами сейчас говорили, что собственность уважать надо, а по разъяснениям-то выходит, что уважать надо
не собственность, а прижимку!
— Гниль! что же это за слово, однако ж! Третий раз ты его повторяешь, а ведь, собственно говоря, это совсем
не ответ, а простой восклицательный знак! Ты оставь метафоры и отвечай прямо:
имел ли германский рейхстаг основание
не признавать за Тейтчем
право любить свое отечество!
— Но ведь это логически выходит из всех твоих заявлений! Подумай только: тебя спрашивают,
имеет ли
право француз любить свое отечество? а ты отвечаешь:"Нет,
не имеет, потому что он приобрел привычку анализировать свои чувства, развешивать их на унцы и граны; а вот чебоксарец — тот
имеет, потому что он ничего
не анализирует, а просто идет в огонь и в воду!"Стало быть, по-твоему, для патриотизма нет лучшего помещения, как невежественный и полудикий чебоксарец, который и границ-то своего отечества
не знает!
— Имеют-с. И
не только
имеют основание теоретически заявить об этом
праве, но и достигать его осуществления. И достигнут-с.
Посреди этой смуты представлений настоящего и будущего, конечно, самое разумное — это довести свой иск к жизни до минимума, то есть сказать себе:"Удобнее всего быть ни виноватым, ни невиноватым,
не заслуживать ни кары, ни награды; я, дескать, сам по себе, я ничего
не требую, ничего
не ищу и претендую только на то, что
имею право жить".
— Нимало. После этого человек человеку на сем свете может делать одно только зло и, напротив,
не имеет права сделать ни крошки добра, из-за пустых принятых формальностей. Это нелепо. Ведь если б я, например, помер и оставил бы эту сумму сестрице вашей по духовному завещанию, неужели б она и тогда принять отказалась?
Неточные совпадения
Так проповедовал Евгений. // Сквозь слез
не видя ничего, // Едва дыша, без возражений, // Татьяна слушала его. // Он подал руку ей. Печально // (Как говорится, машинально) // Татьяна молча оперлась, // Головкой томною склонясь; // Пошли домой вкруг огорода; // Явились вместе, и никто //
Не вздумал им пенять на то: //
Имеет сельская свобода // Свои счастливые
права, // Как и надменная Москва.
— Я
имею право отказаться, потому что ты
не так играешь, как прилично честному человеку.
— Ведь губернатор — наследник; он
имеет право на притязания; а что другие-то со всех сторон прицепились, так это-с, ваше сиятельство, человеческое дело. Умерла-с богатая, распоряженья умного и справедливого
не сделала; слетелись со всех сторон охотники поживиться — человеческое дело…
— Вас может только наградить один Бог за такую службу, Афанасий Васильевич. А я вам
не скажу ни одного слова, потому что, — вы сами можете чувствовать, — всякое слово тут бессильно. Но позвольте мне одно сказать насчет той просьбы. Скажите сами:
имею ли я
право оставить это дело без внимания и справедливо ли, честно ли с моей стороны будет простить мерзавцев.
Миллионщик
имеет ту выгоду, что может видеть подлость, совершенно бескорыстную, чистую подлость,
не основанную ни на каких расчетах: многие очень хорошо знают, что ничего
не получат от него и
не имеют никакого
права получить, но непременно хоть забегут ему вперед, хоть засмеются, хоть снимут шляпу, хоть напросятся насильно на тот обед, куда узнают, что приглашен миллионщик.