Неточные совпадения
Он свободно
делает через эту дверь
свои экскурсии и свободно же возвращается через нее в область афоризмов, когда это нужно для подкрепления морали «пур ле жанс».
Покуда «крепкий» кладет
свои яйца в чужое гнездо (увы! в гнездо того же простеца!) — простец обязывается устроить это гнездо,
сделать его удобным для высиживанья чужих яиц.
Он не остановит
своего внимания на пустяках, не пожалуется, например, на то, что такой-то тогда-то говорил, что человек происходит от обезьяны, или что такой-то, будучи в пьяном виде, выразился: хорошо бы, мол, Верхоянск вольным городом
сделать и порто-франко в нем учредить.
Ты пишешь, что стараешься любить
своих начальников и
делать им угодное. Судя по воспитанию, тобою полученному, я иного и не ожидала от тебя. Но знаешь ли, друг мой, почему начальники так дороги твоему сердцу, и почему мы все,tous tant que nous sommes, [все, сколько нас ни на есть (франц.)] обязаны любить данное нам от бога начальство? Прошу тебя, выслушай меня.
— Такова была и моя первоначальная мысль, — сказал он, — Но что прикажете
делать! Эти старые рутинеры… они никогда не видят дальше
своего носа!
— И кончать тоже с умом надо. Сами в глаза
своего дела не видели, а кругом пальца обернуть его хотите. Ни с мужиками разговору не имели, ни какова такова земля у вас есть — не знаете. Сколько лет терпели, а теперь в две минуты конец хотите
сделать!
Помню судью, лихого малого, который никогда не затруднялся"для
своего брата дворянина одолжение
сделать", но всегда как-то так устроивал, что, вместо одолжения, выходила пакость.
— Нет, как хочешь, а нанять тройку и без всякой причины убить ямщика — тут есть
своего рода дикая поэзия! я за себя не ручаюсь… может быть, и я
сделал бы то же самое!
По этому поводу произошла баталия, во время которой генерал напомнил Ионе, что он его"из грязи вытащил", а Иона, в
свою очередь,
сделал генералу циническое замечание насчет Агнушки.
Несмотря на безмолвный протест отца, путешествия Петеньки на «Мысок» продолжались. Он
сделал в этом отношении лишь ту уступку, что производил
свои посещения во время послеобеденного сна старика. Вообще в поведении Петеньки и Стрелова было что-то таинственное, шли между ними какие-то деятельные переговоры, причем Петенька некоторое время не соглашался, а Стрелов настаивал и, наконец, настоял.
Теперь у всех все купленное, и притом втридорога, потому что
сделать нужные закупки оптом, в
свое время и в
своем месте, нет средств, а местный торговец-монополист на всё назначает цену по душе.
— Да не поймешь его. Сначала куда как сердит был и суды-то треклял:"какие, говорит, это праведные суды, это притоны разбойничьи!" — а нынче, слышь, надеяться начал. Все около
своих бывших крестьян похаживает, лаской их донять хочет, литки с ними пьет."Мы, говорит, все нынче на равной линии стоим; я вас не замаю, и вы меня не замайте". Все, значит, насчет потрав просит, чтоб потрав у него не
делали.
Ворчит Софрон Матвеич (хоть он же вместе с тем сознается, что"не пойман — не вор"), а Хрисашки
свое дело
делают.
— Веней! — крикнул мужик не
своим голосом,
делая всем корпусом движение в нашу сторону.
— Как вам сказать… он у нас мировым судьей служит. Да он здесь, с нами же едет, только во втором классе. Почуяла кошка, чье мясо съела, — предупредить грозу хочет! Да н'ишто ему: спеши! поспешай! мы
свое дело
сделаем!
Поэтому я принял всю вину на себя, я c
делал вид, что не Тебеньков говорил мне вчера колкости, но я,по
своей необдуманности и неопытности, был виною происшедшего скандала.
— Паче всего сокрушаюсь я о том, что для души
своей мало полезного
сделала. Всё за заботами да за детьми, ан об душе-то и не подумала. А надо, мой друг, ах, как надо! И какой это грех перед богом, что мы совсем-таки… совсем об душе
своей не рачим!
Эта свобода, в соединении с адским равнодушием мужей (представь себе, некоторые из них так-таки прямо и называют
своих жен «езжалыми бабами»!),
делает их общество настолько пикантным, что поневоле забываешь столицу и ее увлечения…
Это
сделало его до того обаятельным между здешними гласными, что когда он, воротившись из Парижа, поселился в
своем имении, то его единогласно выбрали председателем управы.
Когда я думаю, что об этом узнает Butor, то у меня холодеет спина. Голубушка! брось ты
свою меланхолию и помирись с Butor'ом. Au fond, c'est un brave homme! [В сущности, он славный парень! (франц.)] Ведь ты сама перед ним виновата — право, виновата! Ну, что тебе стоит
сделать первый шаг? Он глуп и все забудет! Не могу же я погибнуть из-за того только, что ты там какие-то меланхолии соблюдаешь!
— Это в древности было, голубчик! Тогда действительно было так, потому что в то время все было дешево. Вот и покойный Савва Силыч говаривал:"Древние христиане могли не жать и не сеять, а мы не можем". И батюшку, отца
своего духовного, я не раз спрашивала, не грех ли я
делаю, что присовокупляю, — и он тоже сказал, что по нынешнему дорогому времени некоторые грехи в обратном смысле понимать надо!
Вообще, это одна из тех личностей, без совета с которыми, при крепостном праве, помещики шагу не
делали, которых называли «министрами» и которые пользовались привилегией"говорить правду", но не забываться, подобно тем
своим знатным современникам, которые, в более высокой сфере, имели привилегию
Пускай они сами, как знают, карьеру
свою делают, а мы, старцы, карьеру
свою, уж
сделали… да-с!"
— Поздно, друг мой; в Покров мне уж сорок три будет. Я вот в шесть часов вставать привыкла, а у вас, в Петербурге, и извозчики раньше девяти не выезжают. Что ж я с
своею привычкой-то
делать буду? сидеть да глазами хлопать! Нет уж! надо и здесь кому-нибудь хлопотать: дети ведь у меня. Ах, детки, детки!
— Тут и нет кощунства. Я хочу сказать только, что если ты вмешиваешь бога в
свои дела, то тебе следует сидеть смирно и дожидаться результатов этого вмешательства. Но все это, впрочем, к делу не относится, и, право, мы
сделаем лучше, если возвратимся к прерванному разговору. Скажи, пожалуйста, с чего тебе пришла в голову идея, что Коронат непременно должен быть юристом?
— Ты паскудник! ты этого не понимаешь! — отвечает Плешивцев, — ты всюду со
своей арифметикой лезешь, из всего сухую формулу хочешь
сделать, а для меня совсем другое важно. Для тебя животворящий принцип — палка! а для меня этого мало. И палка, сударь, нема, коли в ней любви действо не проявляется!
Оба эти человека очень серьезно взаимно считают себя противниками, оба от полноты сердца язвят друг друга и отнюдь не догадываются, что только счастливое недоумение не позволяет им видеть, что оба они, в сущности,
делают одно и то же дело и уязвлениями
своими не разбивают, а, напротив того, подкрепляют друг друга.
А между тем этот человек существует (cogito ergo sum [мыслю — значит, существую (лат.)]), получает жалованье, устроивает, как может,
свои дела, и я даже положительно знаю, что 20-го февраля он подал голос за республиканца. И все это он
делает, ни разу в жизни не спросив себя: «Что такое государство?»
Как человек новый, в некотором роде мещанин во дворянстве, он, во-первых, опасался компрометировать себя каким-нибудь слишком простым кушаньем, а во-вторых, находил, что ему предстоит единственный, в
своем роде, случай поучиться у настоящих культурных людей, чтобы потом, по приезде в Непросыхающий,
сделать соответствующие применения, которые доказали бы его знакомство с последними результатами европейской культуры.
— Зачем нам! У нас, коли ты сидишь смирно, да ничего не
делаешь — живи! У нас все чередом делается. Вот, приедем в Вержболово — там нас рассортируют, да всех по
своим местам и распределят.
Неточные совпадения
«Я?» — «Да, Татьяны именины // В субботу. Оленька и мать // Велели звать, и нет причины // Тебе на зов не приезжать». — // «Но куча будет там народу // И всякого такого сброду…» — // «И, никого, уверен я! // Кто будет там?
своя семья. // Поедем,
сделай одолженье! // Ну, что ж?» — «Согласен». — «Как ты мил!» // При сих словах он осушил // Стакан, соседке приношенье, // Потом разговорился вновь // Про Ольгу: такова любовь!
Еще предвижу затрудненья: // Родной земли спасая честь, // Я должен буду, без сомненья, // Письмо Татьяны перевесть. // Она по-русски плохо знала, // Журналов наших не читала, // И выражалася с трудом // На языке
своем родном, // Итак, писала по-французски… // Что
делать! повторяю вновь: // Доныне дамская любовь // Не изъяснялася по-русски, // Доныне гордый наш язык // К почтовой прозе не привык.
— В таком случае, изложите ее письменно. Она пойдет в комиссию всяких прошений. Комиссия всяких прошений, пометивши, препроводит ее ко мне. От меня поступит она в комитет сельских дел, там
сделают всякие справки и выправки по этому делу. Главноуправляющий вместе с конторою в самоскорейшем времени положит
свою резолюцию, и дело будет сделано.
Пророк за предсказание попал, как следует, в острог, но тем не менее дело
свое сделал и смутил совершенно купцов.
Здесь Манилов,
сделавши некоторое движение головою, посмотрел очень значительно в лицо Чичикова, показав во всех чертах лица
своего и в сжатых губах такое глубокое выражение, какого, может быть, и не видано было на человеческом лице, разве только у какого-нибудь слишком умного министра, да и то в минуту самого головоломного дела.