Неточные совпадения
В лицейской зале,
между колоннами, поставлен
был большой стол, покрытый красным сукном с золотой бахромой.
Куницын вполне оправдал внимание царя; он
был один
между нашими профессорами урод в этой семье.
Между ними
был Е. А. Энгельгардт, тогдашний директор Педагогического института.
Между ними замечательны
были Прокофьев, екатерининский сержант, польский шляхтич Леонтий Кемерский, сделавшийся нашим домашним restaurant.
Не то чтобы он разыгрывал какую-нибудь роль
между нами или поражал какими-нибудь особенными странностями, как это
было в иных; но иногда неуместными шутками, неловкими колкостями сам ставил себя в затруднительное положение, не умея потом из него выйти.
Чтоб полюбить его настоящим образом, нужно
было взглянуть на него с тем полным благорасположением, которое знает и видит все неровности характера и другие недостатки, мирится с ними и кончает тем, что полюбит даже и их в друге-товарище.
Между нами как-то это скоро и незаметно устроилось.
Лицейское наше шестилетие, в историко-хронологическом отношении, можно разграничить тремя эпохами, резко
между собою отличающимися: директорством Малиновского, междуцарствием (то
есть управление профессоров: их сменяли после каждого ненормального события) и директорством Энгельгардта.
Измайлов до того
был в заблуждении, что, благодаря меня за переводы, просил сообщить ему для его журнала известия о петербургском театре: он
был уверен, что я живу в Петербурге и непременно театрал,
между тем как я сидел еще на лицейской скамье.
Иногда мы проходили к музыке дворцовым коридором, в который,
между другими помещениями,
был выход и из комнат, занимаемых фрейлинами императрицы Елизаветы Алексеевны.
На это ходатайство Энгельгардта государь сказал: «Пусть пишет, уж так и
быть, я беру на себя адвокатство за Пушкина; но скажи ему, чтоб это
было в последний раз. «La vieille est peut-être enchantée de la méprise du jeune homme, entre nous soit dit», [
Между нами: старая дева,
быть может, в восторге от ошибки молодого человека (франц.).] — шепнул император, улыбаясь, Энгельгардту.
Слишком за год до выпуска государь спросил Энгельгардта:
есть ли
между нами желающие в военную службу?
Между нами мнения насчет этого нововведения
были различны: иные, по суетности и лени, желали этой лакейской должности; но дело обошлось одними толками, и, не знаю почему, из этих толков о сближении с двором выкроилась для нас верховая езда.
Между нами
было и не без шалостей. Случалось, зайдет он ко мне. Вместо «здравствуй», я его спрашиваю: «От нее ко мне или от меня к ней?» Уж и это надо вам объяснить, если пустился болтать.
Тут
между прочим
были Куницын и наш лицейский товарищ Маслов.
Продолжение впредь, теперь мешают. Я все возможные случаи
буду искать, чтобы марать сию тетрадку до Тобольска. Извините, что так дурно пишу — я восхищаюсь, что и этим способом могу что-нибудь вам сказать в ожидании казенной переписки, которую, верно, нам позволят иногда; по возможности
будем между строками писать лимонным соком…
Для меня эти два года истинно
были полезны — я научился терпению, которого у меня недоставало, научился
между тем зрело рассуждать.
Может
быть, оно не верно, но по крайней мере, как говорят, мы все
будем в местечке Читинская(найдите на карте — это
между Иркутском и Нерчинском).
Может
быть, это мечта, но мечта для меня утешительная сладостная. Объяснений
между нами не нужно: я пойму, если вы пришлете мне какую-нибудь книгу и скажете в письме, что она вам нравится, — тогда я прямо за перо с некоторыми добрыми друзьями и спечем вам пирог. Но — увы! — когда еще этот листок до вас долетит и когда получу ответ? Мильон верст!
Уже с поселения почаще
буду всех навещать моими посланиями, ты и Марья
будете иметь свою очередь; прошу только не поскучать многоречием и большей частью пустословием моим.
Между тем, по старой памяти, могу тебе заметить, что ты не знаешь внутренних происшествий.Поклон твой Митькову остается при тебе по очень хорошей причине: я не могу передать его в Красноярск, где он с 1836 года. Все здешние твои знакомые тебя приветствуют…
Annette советует мне перепроситься в Ялуторовск, но я еще не решаюсь в ожидании Оболенского и по некоторой привычке, которую ко мне сделали в семье Ивашева. Без меня у них
будет очень пусто — они неохотно меня отпускают в Тобольск, хотя мне кажется, что я очень плохой нынче собеседник. В Ялуторовске мне
было бы лучше, с Якушкиным мы бы спорили и мирились. Там и климат лучше, а особенно соблазнительно, что возле самого города
есть роща,
между тем как здесь далеко ходить до тени дерева…
Все это
было между девятью и десятью часами.
Приветствуйте всех однокашников за меня. Может
быть, 9-е число соединит наличных представителей 1817 года. Тут вы вспомните и отсутствующих;
между ними не все ходят с звездами, которые светили нам на пороге жизни. Соединение там, где каждый явится с окончательным своим итогом.
Оболенский в последнем письме располагается оставаться в Туринске, но я его
буду убеждать перекочевать… Не женить ли мне его и остаться
между двумя счастливыми супругами старым холостяком?
Михаил Александрович на днях отправил табачницу вроде вашей, где представлена сцена, происходящая
между вами, Бобрищевым-Пушкиным и Кюхельбекером. Он
будет доволен этим воспоминанием, освященным десятилетнею давностию… [Сохранился рисунок 1830-х гг., где изображены И. Д. Якушкин, П. С. Бобрищев-Пушкин и М. К. Кюхельбекер перед зданием петровской тюрьмы (см. Записки И. Д, Якушкина, 1951, вкладка к стр. 256); подлинный — в Пушкинском Доме.]
Не нужно вам говорить, что Оболенский тот же оригинал, начинает уже производить свои штуки. Хозяйство
будет на его руках, — а я
буду ворчать. Все подробности будущего устройства нашего, по крайней мере предполагаемого, вы узнаете от Басаргина. Если я все
буду писать, вам не о чем
будет говорить, —
между тем вы оба на это мастера. Покамест прощайте. Пойду побегать и кой-куда зайти надобно. Не могу приучить Оболенского к движению.
Вы спрашиваете о моем переводе… Ровно ничего не знаю. Нат. Дм. только неделю тому назад имела сильное предчувствие, как иногда с ней случается: она видела, что со мной прощается… Это видение наяву
было для нее живо и ясно. Других сведений ниоткуда не получаю. Надобно довольствоваться таинственными сообщениями и ожидать исполнения.
Между тем, если в декабре не получу разрешения, думаю сняться с якоря и опять отправиться в Туринск. В таком случае непременно заеду к вам в Ялуторовск…
Между тем он вздумал
было мне в будущем январе месяце прислать своего шестилетнего Мишу на воспитание и чтоб он ходил в здешнюю Ланкастерскую школу. [Школа учреждена И. Д. Якушкиным; сыграла крупную роль в просвещении сибирских обитателей (см. Н. М. Дружинин, Декабрист И. Д. Якушкин и его ланкастерская школа, «Ученые записки Моск. гор. педагог, инст-та», т. II, в. I, 1941, стр. 33 и сл.).] Я поблагодарил его за доверие и отказался.
Между тем и это все прошло, и, кажется,
есть еще запас на то, что предстоит впереди.
Флора здешняя, то
есть Западной Сибири, несравненно беднее Восточной: там и местность, и растительность, и воды совсем другие. От самого Томска на Запад томительная плоскость;
между тем как на Востоке горы, живописные места и самое небо темноголубое, а не сероватое, как часто здесь бывает.
Впрочем, эта статья давно
между мной и Евгением кончена, но она невольным образом проявляется молча во всех отношениях даже теперь, а после еще больше проявляться
будет.
Приятно
было потолковать с новым поколением, довольно образованным, но (
между нами) несколько старым для своего времени.
Между тем я им советовал не дремать и
быть настороже: время не спрашивается, все идет вперед, хоть иногда это и незаметно по рассеянному взгляду на вещи.
Я всенадеюсь, что зимой вы съездите в Европу: тут
есть своекорыстное желание — потолковать с вами;
между тем читайте эту бесконечную болтовню.
Вследствие этого я хотел
было написать письмо
между двух линеек, как, бывало, мы писали дедушке поздравительные письма, но совестно стало: слишком ребяческая шутка и так же несвойственно моим летам, как и замечание о почерке, который, впрочем, довольно долгое время находят возможность разбирать.
Н. Бестужева не видал, и очень жаль. С ним разъехались
между Селенгинском и Петровском. Не мог, оригинал, посидеть дома, зная, что я должен
быть. Видно, так судьбе угодно…
Пора бы за долговременное терпение дать право гражданства в Сибири, но, видно, еще не пришел назначенный срок.
Между тем уже с лишком половины наших нет на этом свете. Очень немногие в России — наша категория еще не тронута. Кто больше поживет, тот, может
быть, еще обнимет родных и друзей зауральских. Это одно мое желание, но я это с покорностию предаю на волю божию.
Пора бы, наконец, убедиться, что нет никакой опасности от нашего движения, —
между тем существование
было бы несколько похоже на дело.
20 сентября Таскин привез мне добрые твои листки от 1 и 26 августа, и я до сих пор не откликнулся тебе,
между [тем] как очень часто в продолжение этих месяцев мысленно
был с тобой и с добрыми нашими друзьями.
Неленька говорит, что вы молодеете и что
между всеми нашими у вас в этом отношении один я соперник. Она
была здесь весела, но иногда невольно подметишь слезу на этих прелестных глазах. — Храни ее бог!
С подругами изгнания с первой встречи стала на самую короткую ногу и тотчас разменялись прозвищами. Нарышкину назвали Lischen, Трубецкую — Каташей, Фонвизину — Визинькой, а ее звали Мурашкою. Эти мелочи в сущности ничего не значат, но определяют близость и некоторым образом обрисовывают взаимные непринужденные сношения
между ними, где
была полная доверенность друг к другу.
Между тем
есть русская пословица: с чужого коня среди грязи долой!..
Что ж делать, добрый друг, настала тяжелая година — под этим впечатлением не болтается,
будем ждать, что
будет! Как-то мудрено представить себе хорошее.
Между тем одно ясно, что в судьбах человечества совершается важный процесс. — Все так перепуталось, что ровно ничего не поймешь, — наш слабый разум теряется в догадках, но я верю, что из всех этих страданий должно
быть что-нибудь новое. Сонные пробудятся, и звезда просветит. Иначе не могу себя успокоить.
Недавно
было письмо от Казимирского — он просит меня благодарить вас за радушный и дружеский прием. Подозревает даже, что я натолковал вам о его гастрономических направлениях. Ваш гомерической обед родил в нем это подозрение. Вообще он не умеет
быть вам довольно признательным. Говорит: «Теперь я
между Свистуновым и Анненковым совершенно чувствую себя не чужим».
В Тобольске состоялся приговор над скопцами.
Между прочими приговоренными к ссылке в Туруханск — два брата Гавасины, которые в малолетстве приобщены к этой секте, не сознательно сделались жертвами и потом никаких сношений с сектаторами не имели. Мать послала в нынешнем месяце просьбу к министру юстиции. Шепните, кому следует, за этих бедных людей. Если потребуют дело в сенат, то все
будет ясно. Приговоренные сидят в тюменском остроге…
Все
есть долгая процедура,
между тем время осеннее и надобно бы не мешкать, чтобы на колесах двигаться.
Между тем все приготовил к моему возвращению. 2 октября в час пополудни сел в тарантас с Батеньковым и Лебедем. Они меня проводили до Самолета. Татьяна Александровна, прощаясь со мной, просила меня сказать тебе, что утешается мечтой к Новому году
быть у тебя в Марьине. Не знаю почему — они все говорят мне о тебе. Видно, что-нибудь значит. [То
есть декабристы понимали, что Пущин и Фонвизина скоро соединят свои судьбы.]
Может
быть, и потребуется некоторое пожертвование, но оно не должно останавливать при нравственном убеждении в несправедливых отношениях
между владеющими и владеемыми.
…Не знаю, говорил ли тебе наш шафер, что я желал бы, чтоб ты, друг мой, с ним съездила к Энгельгардту… Надеюсь, что твое отвращение от новых встреч и знакомств не помешает тебе на этот раз. Прошу тебя! Он тебе покажет мой портрет еще лицейский, который у него висит на особой стенке
между рисунками П. Борисова, представляющими мой петровский NoMep от двери и от окна. Я знаю, что и Егору Антоновичу и Марье Яковлевне
будет дорого это внимание жены их старого Jeannot…
Третьего дня
был у меня брат Михайло. Я рад
был его видеть — это само собой разумеется, но рад
был тоже и об тебе услышать, любезный друг Нарышкин. Решительно не понимаю, что с тобой сделалось. Вот скоро два месяца, как мы виделись, и от тебя ни слова.
Между тем ты мне обещал, проездом через Тулу, известить об Настеньке, которая теперь Настасья Кондратьевна Пущина. Признаюсь, я думал, что ты захворал, и несколько раз собирался писать, но с каждой почтой поджидал от тебя инисиативы, чтоб потом откликнуться…