Невозможно рассказать, какое действие произвела на меня эта простонародная песня про виселицу, распеваемая людьми, обреченными виселице. Их грозные лица, стройные голоса, унылое выражение, которое придавали они словам
и без того выразительным, — все потрясло меня каким-то пиитическим [Пиитический (устар.) — поэтический.] ужасом.
Неточные совпадения
Я согласился
и на
то, а Зурин велел подать пуншу
и уговорил меня попробовать, повторяя, что к службе надобно мне привыкать; а
без пуншу, что
и служба!
«Слышь ты, Василиса Егоровна, — сказал он ей покашливая. — Отец Герасим получил, говорят, из города…» — «Полно врать, Иван Кузмич, — перервала комендантша, — ты, знать, хочешь собрать совещание да
без меня потолковать об Емельяне Пугачеве; да лих, [Да лих (устар.) — да нет уж.] не проведешь!» Иван Кузмич вытаращил глаза. «Ну, матушка, — сказал он, — коли ты уже все знаешь, так, пожалуй, оставайся; мы потолкуем
и при тебе». — «То-то, батька мой, — отвечала она, — не тебе бы хитрить; посылай-ка за офицерами».
Когда вспомню, что это случилось на моем веку
и что ныне дожил я до кроткого царствования императора Александра, не могу не дивиться быстрым успехам просвещения
и распространению правил человеколюбия. Молодой человек! если записки мои попадутся в твои руки, вспомни, что лучшие
и прочнейшие изменения суть
те, которые происходят от улучшения нравов,
без всяких насильственных потрясений.
Прочитав это письмо, я чуть с ума не сошел. Я пустился в город,
без милосердия пришпоривая бедного моего коня. Дорогою придумывал я
и то и другое для избавления бедной девушки
и ничего не мог выдумать. Прискакав в город, я отправился прямо к генералу
и опрометью к нему вбежал.
— Что ты это, сударь? — прервал меня Савельич. — Чтоб я тебя пустил одного! Да этого
и во сне не проси. Коли ты уж решился ехать,
то я хоть пешком да пойду за тобой, а тебя не покину. Чтоб я стал
без тебя сидеть за каменной стеною! Да разве я с ума сошел? Воля твоя, сударь, а я от тебя не отстану.
Случись же так, что, как нарочно, в то время, когда господа чиновники
и без того находились в затруднительном положении, пришли к губернатору разом две бумаги.
Нынче летний сезон, я и покупку летнюю сделал, потому к осени сезон
и без того более теплой материи потребует, так придется ж бросать… тем более что все это тогда уж успеет само разрушиться, если не от усилившейся роскоши, так от внутренних неустройств.
Позвольте, расскажу вам весть: // Княгиня Ласова какая-то здесь есть, // Наездница, вдова, но нет примеров, // Чтоб ездило с ней много кавалеров. // На днях расшиблась в пух, — // Жоке́ не поддержал, считал он, видно, мух. — //
И без того она, как слышно, неуклюжа, // Теперь ребра недостает, // Так для поддержки ищет мужа.
— Ну, пусть бы я остался: что из этого? — продолжал он. — Вы, конечно, предложите мне дружбу; но ведь она
и без того моя. Я уеду, и через год, через два она все будет моя. Дружба — вещь хорошая, Ольга Сергевна, когда она — любовь между молодыми мужчиной и женщиной или воспоминание о любви между стариками. Но Боже сохрани, если она с одной стороны дружба, с другой — любовь. Я знаю, что вам со мной не скучно, но мне-то с вами каково?
Неточные совпадения
То был приятный, благородный, // Короткий вызов, иль картель: // Учтиво, с ясностью холодной // Звал друга Ленский на дуэль. // Онегин с первого движенья, // К послу такого порученья // Оборотясь,
без лишних слов // Сказал, что он всегда готов. // Зарецкий встал
без объяснений; // Остаться доле не хотел, // Имея дома много дел, //
И тотчас вышел; но Евгений // Наедине с своей душой // Был недоволен сам собой.
За что ж виновнее Татьяна? // За
то ль, что в милой простоте // Она не ведает обмана //
И верит избранной мечте? // За
то ль, что любит
без искусства, // Послушная влеченью чувства, // Что так доверчива она, // Что от небес одарена // Воображением мятежным, // Умом
и волею живой, //
И своенравной головой, //
И сердцем пламенным
и нежным? // Ужели не простите ей // Вы легкомыслия страстей?
Но
те, которым в дружной встрече // Я строфы первые читал… // Иных уж нет, а
те далече, // Как Сади некогда сказал. //
Без них Онегин дорисован. // А
та, с которой образован // Татьяны милый идеал… // О много, много рок отъял! // Блажен, кто праздник жизни рано // Оставил, не допив до дна // Бокала полного вина, // Кто не дочел ее романа //
И вдруг умел расстаться с ним, // Как я с Онегиным моим.
Приходит муж. Он прерывает // Сей неприятный tête-а-tête; // С Онегиным он вспоминает // Проказы, шутки прежних лет. // Они смеются. Входят гости. // Вот крупной солью светской злости // Стал оживляться разговор; // Перед хозяйкой легкий вздор // Сверкал
без глупого жеманства, //
И прерывал его меж
тем // Разумный толк
без пошлых
тем, //
Без вечных истин,
без педантства, //
И не пугал ничьих ушей // Свободной живостью своей.
Ей рано нравились романы; // Они ей заменяли всё; // Она влюблялася в обманы //
И Ричардсона
и Руссо. // Отец ее был добрый малый, // В прошедшем веке запоздалый; // Но в книгах не видал вреда; // Он, не читая никогда, // Их почитал пустой игрушкой //
И не заботился о
том, // Какой у дочки тайный
том // Дремал до утра под подушкой. // Жена ж его была сама // От Ричардсона
без ума.