В случае же неудачи думал он броситься в Русь, увлечь ее всю за собою, повсюду поставить новых судей (ибо в нынешних, по его словам, присмотрена им многая неправда) и
возвести на престол государя великого князя.
Наступало, однако ж, критическое для Остермана время: он поддерживал доселе герцога, как любимца государыни, которую сам
возвел на престол; теперь, когда узнаны были его высшие виды, надлежало помогать ему всходить на ступени этого престола или вовсе от временщика отложиться.
Нельзя думать, чтоб они серьезно надеялись
возвести на престол Русской империи подставную самозванку, им нужно было лишь создать как можно больше затруднений императрице Екатерине, им нужно было лишь произвести новое замешательство в России.
Составить заговор или примкнуть к уже составленному, положить конец господству иноземцев,
возвести на престол Елизавету, душой и сердцем напоминавшую француженку, — вот план, подробности которого восторженным шепотом развивал перед Лестоком маркиз де ла Шетарди.
Неточные совпадения
Потом пошли кандидаты
на болгарский
престол. Каждый день — новый кандидат, и всё какие-то необыкновенные. Ходит Афанасий Аркадьич по Невскому и
возвещает:"принц Вильманстрандский! принц Меделанский! князь Сампантрё!" — Никто верить ушам не хочет, а между тем стороной узнают, что действительно речь об меделанском принце была — и даже очень серьезно.
Но при сем оговорился, что выражение это употреблено им не в том смысле, чтобы он мечтал
возвести Фаину Егоровну
на румынский или сербский
престол, но в смысле владычицы его, Глумова, сердца.
А как мы его выкрадем, то через епископов и старцев сделаем бунт, чтобы
возвести Ивана Антоновича
на престол, а Иван Антонович старую веру любит; когда сделается бунт, то и мы придем с нашим войском к русской границе.
— Не знаю, буду ли я
на престоле, но если судьба
возведет меня
на него, то не удивляйтесь тому, что я начну делать. Вы знаете мое сердце, но вы не знаете людей, а я знаю, как следует их вести…
София хотела найти поддержку в расколе; ее сообщники говорили против патриарха, хотели
возвести на патриарший
престол Сильвестра Медведева, уверяя, что «ныне-де завелись в церкви новые учители», но решительно никакие ухищрения не помогали.