Стыдись; не забывай Высокого, святого назначенья: Тебе твой сан дороже должен быть Всех радостей, всех обольщений жизни, Его ни с чем не можешь ты равнять. Не юноше кипящему, безумно Плененному моею красотой, Знай: отдаю торжественно я руку Наследнику московского престола, Царевичу, спасенному судьбой.
Глаз Чехова, мерцающий и зоркий, Глядит в восторге с высоты галерки На сцену, где Далматов и Бурлак-Андреев, Козельский, Писарев, и Глама, и Киреев, Где Южин, юноша тогда, с студенческой скамьи Уж крылья расправлял могучие свои, И помню я ее в тяжелые годины, Когда она была еще так молода, Но в волосах снежились горькие седины, Свидетели борьбы, и горя, и труда.
И она посмотрела на вошедшего учителя. Студент был уже не юноша, человек среднего роста или несколько повыше среднего, с темными каштановыми волосами, с правильными, даже красивыми чертами лица, с гордым и смелым видом — «не дурен и, должно быть, добр, только слишком серьезен».
…В монастыре появилась новая клирошанка, — высокая, тонкая, как берёзка, она напоминала своим покорным взглядом Палагу, — глаза её однажды остановились на лице юноши и сразу поработили его. Рот её — маленький и яркий — тоже напоминал Палагу, а когда она высоким светлым голосом пела: «Господи помилуй…» — Матвею казалось, что это она для него просит милости, он вспоминал мать свою, которая, жалеючи всех людей, ушла в глухие леса молиться за них и, может быть, умерла уже, истощённая молитвой.
Меня всегда терзает зависть, когда я вижу людей, занятых чем-нибудь, имеющих дело, которое их поглощает… а потому я уже был совершенно не в духе, когда появился на дороге новый товарищ, стройный юноша, в толстой блузе, в серой шляпе с огромными полями, с котомкой за плечами и с трубкой в зубах; он сел под тень того же дерева; садясь, он дотронулся до края шляпы; когда я ему откланялся, он снял свою шляпу совсем и стал обтирать пот с лица и с прекрасных каштановых волос.
Утром воины беспрекословно исполнили приказание вождя. И когда они, несмотря на адский ружейный огонь, подплыли почти к самому острову, то из воды послышался страшный треск, весь остров покосился набок и стал тонуть. Напрасно европейцы молили о пощаде. Все они погибли под ударами томагавков или нашли смерть в озере. К вечеру же вода выбросила труп Черной Пантеры. У него под водою не хватило дыхания, и он, перепилив корень, утонул. И с тех пор старые жрецы поют в назидание юношам, и так далее и так далее.
Но он не смел показаться ей, потому что у красивого лицом юноши было тело птицы, большой неуклюжей птицы, не умеющей летать, с короткими крыльями и когтистыми лапами.
Едва уловимое движение – и два воина рухнули на палубу с торчащими из груди рукоятями ножей, а руки юноши выхватили ещё два клинка из чехлов на голенях ног.
Ю́НОША, -и, род. мн. -ей, м. Лицо мужского пола в возрасте, переходном от отрочества к возмужанию; молодой человек. Юноша не мальчишка и школьничать по-мальчишески ему не к лицу ---: он уже взрослый человек, а не ребенок. Чернышевский, Письмо А. Н. и М. Н. Чернышевским, [10 марта 1883]. (Малый академический словарь, МАС)
Книга — это духовное завещание одного поколения другому, совет умирающего старца юноше, начинающему жить, приказ, передаваемый часовым, отправляющимся на отдых, часовому, заступающему его место.
Ю́НОША, -и, род. мн. -ей, м. Лицо мужского пола в возрасте, переходном от отрочества к возмужанию; молодой человек. Юноша не мальчишка и школьничать по-мальчишески ему не к лицу ---: он уже взрослый человек, а не ребенок. Чернышевский, Письмо А. Н. и М. Н. Чернышевским, [10 марта 1883].
– Может быть, ты прав, – тихо ответил юноша после краткого молчания.
Но он не смел показаться ей, потому что у красивого лицом юноши было тело птицы, большой неуклюжей птицы, не умеющей летать, с короткими крыльями и когтистыми лапами.
Едва уловимое движение – и два воина рухнули на палубу с торчащими из груди рукоятями ножей, а руки юноши выхватили ещё два клинка из чехлов на голенях ног.