Неточные совпадения
— Все это, князь, я очень хорошо сам знаю и на
одну литературу никогда не рассчитывал; но если перееду
в Петербург, то
буду искать там
места, — проговорил Калинович.
— Я еще почти не видала Петербурга и могу сказать только, что зодчество, или, собственно, скульптура —
одно, что поразило меня, потому что
в других
местах России… я не знаю, если это и
есть, то так мало, что вы этого не увидите; но здесь чувствуется, что существует это искусство, это бросается
в глаза. Эти лошади на мосту, сфинксы, на домах статуи…
Он снова входил теперь
в барский дом, с тою только разницею, что здесь аристократизм
был настоящий: как-то особенно внушительно висела на окнах бархатная драпировка; золото, мебель, зеркала — все это
было тяжеловесно богато; тропические растения, почти затемняя окна, протягивали свою сочную зелень; еще сделанный
в екатерининские времена паркет хоть бы
в одном месте расщелился.
В новом замещении этой должности опять вышло неприятное столкновение: губернатор хотел по крайней мере определить на это
место кого-нибудь из своих канцелярских чиновников — например,
одного из помощников своего правителя, человека, вполне ему верного и преданного; но вице-губернатор объявил, что на это
место он имеет
в виду опять нашего старого знакомого, Экзархатова, о котором предварительно
были собраны справки, не предается ли он по-прежнему пьянству, и когда
было дознано, что Экзархатов, овдовев, лет семь ничего
в рот не берет, Калинович
в собственноручном письме предложил ему
место старшего секретаря.
— Успокойтесь, Катерина Ивановна! — говорил он. — Успокойтесь! Даю вам честное слово, что дело это я кончу на этой же неделе и передам его
в судебное
место, где гораздо больше
будет средств облегчить участь подсудимого; наконец, уверяю вас, употреблю все мои связи…
будем ходатайствовать о высочайшем милосердии. Поймите вы меня, что
один только царь может спасти и помиловать вашего отца — клянусь вам!
Хороший писец губернского правления на это
место не пойдет, но он и
в том поэхидствовал и позавидовал, что я с детьми своими, может
быть,
одной с арестантами пищей питался — и того меня лишил теперь!
Он как-то особенно торопливо поддержал меня
в этой мысли, и на другой же, кажется, день получаю от него письмо, что
место есть для меня у
одной его родственницы, старой графини,
быть компаньонкой…
— Ты все шутишь, Маслобоев. Я Александре Семеновне поклянусь, что на будущей неделе, ну хоть в пятницу, приду к вам обедать; а теперь, брат, я дал слово, или, лучше сказать, мне просто надобно
быть в одном месте. Лучше объясни мне: что ты хотел сообщить?
Неточные совпадения
Даже начальство изъяснилось, что это
был черт, а не человек: он отыскивал
в колесах, дышлах, [Дышло — толстая оглобля, прикрепляемая к середине передней оси повозки при парной упряжке.] лошадиных ушах и невесть
в каких
местах, куда бы никакому автору не пришло
в мысль забраться и куда позволяется забираться только
одним таможенным чиновникам.
У всякого
есть свой задор: у
одного задор обратился на борзых собак; другому кажется, что он сильный любитель музыки и удивительно чувствует все глубокие
места в ней; третий мастер лихо пообедать; четвертый сыграть роль хоть
одним вершком повыше той, которая ему назначена; пятый, с желанием более ограниченным, спит и грезит о том, как бы пройтиться на гулянье с флигель-адъютантом, напоказ своим приятелям, знакомым и даже незнакомым; шестой уже одарен такою рукою, которая чувствует желание сверхъестественное заломить угол какому-нибудь бубновому тузу или двойке, тогда как рука седьмого так и лезет произвести где-нибудь порядок, подобраться поближе к личности станционного смотрителя или ямщиков, — словом, у всякого
есть свое, но у Манилова ничего не
было.
Когда дорога понеслась узким оврагом
в чащу огромного заглохнувшего леса и он увидел вверху, внизу, над собой и под собой трехсотлетние дубы, трем человекам
в обхват, вперемежку с пихтой, вязом и осокором, перераставшим вершину тополя, и когда на вопрос: «Чей лес?» — ему сказали: «Тентетникова»; когда, выбравшись из леса, понеслась дорога лугами, мимо осиновых рощ, молодых и старых ив и лоз,
в виду тянувшихся вдали возвышений, и перелетела мостами
в разных
местах одну и ту же реку, оставляя ее то вправо, то влево от себя, и когда на вопрос: «Чьи луга и поемные
места?» — отвечали ему: «Тентетникова»; когда поднялась потом дорога на гору и пошла по ровной возвышенности с
одной стороны мимо неснятых хлебов: пшеницы, ржи и ячменя, с другой же стороны мимо всех прежде проеханных им
мест, которые все вдруг показались
в картинном отдалении, и когда, постепенно темнея, входила и вошла потом дорога под тень широких развилистых дерев, разместившихся врассыпку по зеленому ковру до самой деревни, и замелькали кирченые избы мужиков и крытые красными крышами господские строения; когда пылко забившееся сердце и без вопроса знало, куды приехало, — ощущенья, непрестанно накоплявшиеся, исторгнулись наконец почти такими словами: «Ну, не дурак ли я
был доселе?
Однако ж минуту спустя он тут же стал хитрить и попробовал
было вывернуться, говоря, что, впрочем,
в Англии очень усовершенствована механика, что видно по газетам, как
один изобрел деревянные ноги таким образом, что при
одном прикосновении к незаметной пружинке уносили эти ноги человека бог знает
в какие
места, так что после нигде и отыскать его нельзя
было.
Долго бы стоял он бесчувственно на
одном месте, вперивши бессмысленно очи
в даль, позабыв и дорогу, и все ожидающие впереди выговоры, и распеканья за промедление, позабыв и себя, и службу, и мир, и все, что ни
есть в мире.