Неточные совпадения
— Действительно,
лучше бы выпили, — согласился с ним Сверстов, — впрочем, мы все-таки выпьем!.. У нас есть другой шнапс! — заключил он; затем, не глядя на жену, чтобы не встретить ее недовольного взгляда, и проворно вытащив из погребца небольшой графинчик с ерофеичем,
доктор налил две рюмочки, из которых одну пододвинул к Ивану Дорофееву, и воскликнул...
—
Хороший будет человек,
хороший! — повторял
доктор, припоминая, как он сам в детстве был густоволос и курчав.
— Не нужно, — возразила ей резко адмиральша, —
докторов менять нельзя: там в Москве будут лечить Людмилу другие
доктора, а ты
лучше съезди за тетей, скажи ей, чтобы она приехала к вам пожить без меня, и привези ее с собой.
— На это я вам ничего не стану отвечать, — возразил
доктор, — а вы позвольте мне
лучше позвать сюда gnadige Frau, и она будет с вами разговаривать.
— В таком случае вам, конечно, ваши семейные дела и отношения
лучше знать! — уступил
доктор.
— Это
хорошая штука, почище будет вашего бильярда, — отнесся частный пристав к упорно молчавшему
доктору.
— Чего же
лучше сделать это, как здесь: в Гейдельберге есть весьма знаменитые
доктора, — проговорил Терхов.
Егору Егорычу по временам делалось то
лучше, то хуже, но в результате он все-таки слабел, и
доктор счел нужным объявить, что одних гомеопатических средств недостаточно для восстановления физических сил Егора Егорыча и что их надобно соединить с житьем в горной местности.
— Тогда к чему же все эти слезы и волнения? Старый муж разрешил, новый, кажется, попадается человек
хороший; надобно радоваться, а не печалиться, — дело житейское, обыкновенное!.. — восклицал
доктор.
Там, по словам Бобрищева-Пушкина, есть опытный,
хороший доктор, который, может быть, найдет возможность помочь мне чем-нибудь вдобавок к гидропатии, которою я теперь себя неутомимо лечу…
Как бы не смея верить своему благополучию, они сочли нужным предварительно пуститься в рассуждения, убедить людей в пользе медицины, наставить их относительно значения диеты, и привыкши видеть себя забытыми, загнанными, отвыкши от практической медицины, отставшие врачи не могли удержаться, чтобы не вознаградить себя за бездействие разглагольствиями и чтобы вместе с тем не излить желчи на дурных врачей, которые отстранили от дел их,
хороших докторов.
Неточные совпадения
Поди ты сладь с человеком! не верит в Бога, а верит, что если почешется переносье, то непременно умрет; пропустит мимо создание поэта, ясное как день, все проникнутое согласием и высокою мудростью простоты, а бросится именно на то, где какой-нибудь удалец напутает, наплетет, изломает, выворотит природу, и ему оно понравится, и он станет кричать: «Вот оно, вот настоящее знание тайн сердца!» Всю жизнь не ставит в грош
докторов, а кончится тем, что обратится наконец к бабе, которая лечит зашептываньями и заплевками, или, еще
лучше, выдумает сам какой-нибудь декохт из невесть какой дряни, которая, бог знает почему, вообразится ему именно средством против его болезни.
— Пойдемте, маменька, — сказала Авдотья Романовна, — он верно так сделает, как обещает. Он воскресил уже брата, а если правда, что
доктор согласится здесь ночевать, так чего же
лучше?
Ну что для него теперь
лучше, вы или
доктор?
— Ничего, ничего! — кричал он матери и сестре, — это обморок, это дрянь! Сейчас только
доктор сказал, что ему гораздо
лучше, что он совершенно здоров! Воды! Ну, вот уж он и приходит в себя, ну, вот и очнулся!..
Не стану теперь описывать, что было в тот вечер у Пульхерии Александровны, как воротился к ним Разумихин, как их успокоивал, как клялся, что надо дать отдохнуть Роде в болезни, клялся, что Родя придет непременно, будет ходить каждый день, что он очень, очень расстроен, что не надо раздражать его; как он, Разумихин, будет следить за ним, достанет ему
доктора хорошего, лучшего, целый консилиум… Одним словом, с этого вечера Разумихин стал у них сыном и братом.