Неточные совпадения
Ченцов закусил себе губы и, отвернувшись от Людмилы, начал смотреть на Катрин, которая, видимо, уничтоженная и опечаленная, танцевала
с одним из
самых щеголеватых сенаторских чиновников, но говорить
с своим кавалером не могла и только отчасти вознаграждена была, танцуя вторую кадриль
с Ченцовым,
с которым она тоже мало говорила, но зато крепко пожимала ему руку, чувствуя при этом, что он хоть продолжал кусать себе
усы, но отвечал ей тоже пожатием.
Под конец, впрочем, беседа была несколько омрачена печальным известием, которое принес вновь прибывший господин,
с лицом отчасти польского характера, в
усах, и как бы похожий на отставного военного, но на
самом деле это был один из первоклассных русских музыкальных талантов.
— А вы хотели бы заиграть на мне, как на волынке? Нет, прошло то время, теперь мы
сами с усами, и я знаю, чего вам от меня надобно.
Неточные совпадения
И, уехав домой, ни минуты не медля, чтобы не замешивать никого и все концы в воду,
сам нарядился жандармом, оказался в
усах и бакенбардах —
сам черт бы не узнал. Явился в доме, где был Чичиков, и, схвативши первую бабу, какая попалась, сдал ее двум чиновным молодцам, докам тоже, а
сам прямо явился, в
усах и
с ружьем, как следует, к часовым:
— Я Марье Семеновне всегда советовал сдать в аренду, потому что она не выгадает, — приятным голосом говорил помещик
с седыми
усами, в полковничьем мундире старого генерального штаба. Это был тот
самый помещик, которого Левин встретил у Свияжского. Он тотчас узнал его. Помещик тоже пригляделся к Левину, и они поздоровались.
— Точно, точно. Так этот лекарь его отец. Гм! — Павел Петрович повел
усами. — Ну, а
сам господин Базаров, собственно, что такое? — спросил он
с расстановкой.
В числе этих любителей преферанса было: два военных
с благородными, но слегка изношенными лицами, несколько штатских особ, в тесных, высоких галстухах и
с висячими, крашеными
усами, какие только бывают у людей решительных, но благонамеренных (эти благонамеренные люди
с важностью подбирали карты и, не поворачивая головы, вскидывали сбоку глазами на подходивших); пять или шесть уездных чиновников,
с круглыми брюшками, пухлыми и потными ручками и скромно неподвижными ножками (эти господа говорили мягким голосом, кротко улыбались на все стороны, держали свои игры у
самой манишки и, козыряя, не стучали по столу, а, напротив, волнообразно роняли карты на зеленое сукно и, складывая взятки, производили легкий, весьма учтивый и приличный скрип).
— Там — все наше, вплоть до реки Белой наше! — хрипло и так громко сказали за столиком сбоку от Самгина, что он и еще многие оглянулись на кричавшего. Там сидел краснолобый, большеглазый,
с густейшей светлой бородой и сердитыми
усами, которые не закрывали толстых губ ярко-красного цвета, одной рукою,
с вилкой в ней, он писал узоры в воздухе. — От Бирска вглубь до
самых гор — наше! А жители там — башкирье, дикари, народ негодный, нерабочий, сорье на земле, нищими по золоту ходят, лень им золото поднять…