«О, если это несчастный роман, — подумал с просиявшим
лицом капитан, — то он готов покрыть все, что бы там ни было, своим браком с этой прелестной девушкой».
Первый раз Клим Самгин видел этого человека без башлыка и был удивлен тем, что Яков оказался лишенным каких-либо особых примет. Обыкновенное лицо, — такие весьма часто встречаются среди кондукторов на пассажирских поездах, — только глаза смотрят как-то особенно пристально.
Лица Капитана и многих других рабочих значительно характернее.
Салют окончен, и Захар Петрович, сияющий, довольный и вспотевший, полный сознания, что салют был «прочувствованный», с аффектированной скромностью отходит от орудий на шканцы, словно артист с эстрады. Ему никто не аплодирует, но он видит по
лицам капитана, старшего офицера и всех понимающих дело, что и они почувствовали, каков был салют.
Мозг воспаленно работал помимо его приказа. Перед ним встали «рожи» его обоих оскорбителей, выглянули из сумрака и не хотели уходить; красное, белобрысое, мигающее, насмешливое
лицо капитана и другое, белое, красивое, но злобное, страшное, с огоньком в выразительных глазах, полных отваги, дерзости, накопившейся мести.
Неточные совпадения
— Да ведь соболезнование в карман не положишь, — сказал Плюшкин. — Вот возле меня живет
капитан; черт знает его, откуда взялся, говорит — родственник: «Дядюшка, дядюшка!» — и в руку целует, а как начнет соболезновать, вой такой подымет, что уши береги. С
лица весь красный: пеннику, чай, насмерть придерживается. Верно, спустил денежки, служа в офицерах, или театральная актриса выманила, так вот он теперь и соболезнует!
Грэй свистнул; огонь трубки двинулся и поплыл к нему; скоро
капитан увидел во тьме руки и
лицо вахтенного.
Когда Грэй поднялся на палубу «Секрета», он несколько минут стоял неподвижно, поглаживая рукой голову сзади на лоб, что означало крайнее замешательство. Рассеянность — облачное движение чувств — отражалось в его
лице бесчувственной улыбкой лунатика. Его помощник Пантен шел в это время по шканцам с тарелкой жареной рыбы; увидев Грэя, он заметил странное состояние
капитана.
«Ты откуда приехал,
капитан? — важно спросила Ассоль воображенное
лицо и, отвечая сама себе, сказала: — Я приехал… приехал… приехал я из Китая.
Между тем внушительный диалог приходил на ум
капитану все реже и реже, так как Грэй шел к цели с стиснутыми зубами и побледневшим
лицом.