Миклаков прошел от княгини не домой, а в Московский трактир, выпил там целое море разной хмельной дряни, поссорился с одним господином, нашумел, набуянил, так что по дружественному только расположению к нему трактирных служителей он не отправлен
был в часть, и один из половых бережно даже отвез его домой.
Неточные совпадения
— Как же, очень порядочное имение! — воскликнула Елизавета Петровна. — И вообрази себе: сегодня является ко мне письмоводитель квартального и объявляет, что дело это решено
в нашу пользу; доставил мне
часть денег и говорит, что и еще мне
будет доставлено!..
Будь князь понастойчивей, он, может
быть, успел бы втолковать ей и привить свои убеждения, или, по крайней мере, она стала бы притворяться, что разделяет их; но князь, как и с большей
частью молодых людей это бывает, сразу же разочаровался
в своей супруге, отвернулся от нее умственно и не стал ни слова с ней говорить о том, что составляло его
суть, так что с этой стороны княгиня почти не знала его и видела только, что он знакомится с какими-то странными людьми и бог знает какие иногда странные вещи говорит.
— Да-с, прекрасно!.. — возразила ему с запальчивостью Елена. — Это
было бы очень хорошо, если бы вы весь ваш доход делили между бедными, и я с удовольствием бы взяла из них следующую мне
часть; но
быть в этом случае приятным исключением я не желаю, и тем более, что я нисколько не нуждалась
в ваших деньгах: я имела свои средства!
— Водку не
пить, конечно, прекрасная вещь, — продолжал Миклаков, — но я все детство мое и
часть молодости моей прожил
в деревне и вот что замечал: священник если пьяница, то по большей
части малый добрый, но если уж не
пьет, то всегда почти сутяга и кляузник.
Гнев на Елену, на которую он очень рассердился, а
частью и проходившие
в уме князя, как бы против воли его, воспоминания о том, до какой степени княгиня,
в продолжение всей их жизни,
была в отношении его кротка и добра, значительно смягчили
в нем неудовольствие против нее.
— Хороши и русские по этой
части есть! — возразил ему князь, прямо разумея
в этом случае самого Елпидифора Мартыныча.
Эта мода вряд ли
была хороша для Москвы; по крайней мере большая
часть мужчин, несмотря на свою слабость
в этом отношении,
были бы больше довольны, если бы лифы у дам
были гораздо и гораздо позакрытее; а Жуквич, так даже не скрываясь, делал всякий раз гримасу, когда мимо его проходила какая-нибудь чересчур не пощадившая себя дама.
Николя, как и большая
часть глупых людей, при всей своей видимой доброте,
был в то же время зол и мстителен. Взбесясь на Елену за то, что она — тогда как он схлопотал ей место и устроил лотерею — осмелилась предпочесть ему другого, он решился насказать на нее отцу своему с тем, чтобы тот вытурил Елену с ее места. Для этого он пришел опять
в присутствие к старику.
Помощь обыкновенно
была в частой и необходимой перемене смоченной в холодной воде простыни или рубашки, которою одевали истерзанную спину, особенно если наказанный сам уже был не в силах наблюдать за собой, да, кроме того, в ловком выдергивании заноз из болячек, которые зачастую остаются в спине от сломавшихся об нее палок.
Неточные совпадения
Стародум(с важным чистосердечием). Ты теперь
в тех летах,
в которых душа наслаждаться хочет всем бытием своим, разум хочет знать, а сердце чувствовать. Ты входишь теперь
в свет, где первый шаг решит часто судьбу целой жизни, где всего
чаще первая встреча бывает: умы, развращенные
в своих понятиях, сердца, развращенные
в своих чувствиях. О мой друг! Умей различить, умей остановиться с теми, которых дружба к тебе
была б надежною порукою за твой разум и сердце.
Глуповцы тем быстрее поняли смысл этого нового узаконения, что они издревле
были приучены вырезывать
часть своего пирога и приносить ее
в дар.
Нельзя сказать, чтоб предводитель отличался особенными качествами ума и сердца; но у него
был желудок,
в котором, как
в могиле, исчезали всякие куски. Этот не весьма замысловатый дар природы сделался для него источником живейших наслаждений. Каждый день с раннего утра он отправлялся
в поход по городу и поднюхивал запахи, вылетавшие из обывательских кухонь.
В короткое время обоняние его
было до такой степени изощрено, что он мог безошибочно угадать составные
части самого сложного фарша.
Это
была такая ничтожная подробность
в громадной серии многотрудных его подвигов по сей
части, что не вызвала
в нем даже потребности
в стратегических соображениях, могущих обеспечить его походы на будущее время…
Приказчик, ездивший к купцу, приехал и привез
часть денег за пшеницу. Условие с дворником
было сделано, и по дороге приказчик узнал, что хлеб везде застоял
в поле, так что неубранные свои 160 копен
было ничто
в сравнении с тем, что
было у других.