по произведению «Козьма Захарьич Минин-Сухорук» (Островский А. Н., 1861) искать по всей классике
Область поиска
«Козьма Захарьич Минин-Сухорук» (Островский А. Н., 1861) по всей классике
Его цепями, голодом томят, А он предателей Москвы бесстрашно, Как Божий гром, проклятием громит. Теперь лететь бы к матушке Москве! Подняться нечем. Спросим воеводу, Подумаем с ним вместе, а покуда Сберемтеся всем Нижним панихиду Соборную отслужим, будем плакать, Молиться будем, плакать и молиться. С Нижнего посада выходит Колзаков и трое стрельцов.
Что есть у нас? Ни войска, ни казны, Ни воеводы. Прежде нужны деньги; Сберем казну, и люди соберутся, Стрельцы, казаки. Всякого народу По свету белому довольно бродит Без дела и без хлеба; рады будут Трудом себе копейку заработать. Не все же грабить! Надо душу вспомнить! А воеводу миром изберем.
Так целое утро слонялся он из хаты в кузницу; долго ходил по своему чахлому садику, где бесприютно торчали голые и как будто сухие прутья малины, и ходил на Стрелецкую смотреть, как дрались из-за гармонии две компании пьяных стрельцов.
Действительно, отпущенные, или, лучше сказать, посланные в полки свои, беглые стрельцы возмутили остальных, и в июне открылся уже настоящий бунт: стрельцы шли к Москве.
И тотчас к реке вышло уже три десятка оружной охраны вместе с десятком стрельцов, одновременно побежал посыльный к князю, чтобы не заставлять того, не здорового, самого выходить к воротам.
Потому что московские стрельцы шли на войну по обязанности, по служивому делу.
Воеводы его с отрядами стрельцов усмиряли мятежные города и села.
И тотчас к реке вышло уже три десятка оружной охраны вместе с десятком стрельцов, одновременно побежал посыльный к князю, чтобы не заставлять того, не здорового, самого выходить к воротам.