Как бы это молвить? Такое дело, и сказать-то стыдно, И утаить-то грех перед тобой. Иль бес мутит, иль уж судьба такая, Такой предел на долю вышел. Марфа Борисовна все из ума нейдет.
Себя забудь и дел своих не делай! Проси у Бога разума и слова, Сухим очам проси источник слез! На улицу, на площадь, на базары, Где есть народ, туда и ты иди! Высокая апостольская доля — Будить от сна своих уснувших братий И Божьим словом зажигать сердца! Когда увидишь, что сердца и народе Затеплятся, как свечи пред иконой, Тогда сбирать казну на помощь ратным! Сбирать людей на выручку Москвы!
Развязывай кошель-то, сосчитаем! Все трое садятся на землю и считают деньги. Три доли ровно, видишь. Две тебе, Сбирай в мошну, завязывай потуже! А третью часть сыпь в шапку, да и с Богом Пойдем все вместе, отдадим с поклоном.
Не одни белоснежные руки подымались из огнистого пламени к небесам, сопровождаемые жалкими криками, от которых подвигнулась бы самая сырая земля и степовая трава поникла бы от жалости долу.
И долго, долго дедушка О горькой доле пахаря С тоскою говорил… Случись купцы московские, Вельможи государевы, Сам царь случись: не надо бы Ладнее говорить!
По мнению его, человеческие души, яко жито духовное, в некоей житнице сложены, и оттоль, в мере надобности, спущаются долу, дабы оное сонное видение вскорости увидети и по малом времени вспять в благожелаемую житницу благоспешно возлететь.
Итак, напрасно многие думают, что все, как видим, с начала творцом создано, будто не токмо горы, долы и воды, но и разные роды минералов произошли вместе со всем светом и потому-де не надобно исследовать причин, для чего они внутренними свойствами и положением мест разнятся. Таковые рассуждения весьма вредны приращению наук, следовательно, и натуральному знанию шара земного, а особливо искусству рудного дела, хотя умникам и легко быть философами, выучась наизусть три слова: «Бог так сотворил» — и сие дая в ответ вместо всех причин.