Анна Павловна берет лист серо-желтой бумаги и разрезывает его на четвертушки. Бумагу она жалеет и всю корреспонденцию ведет, по возможности, на лоскутках. Избегает она и почтовых расходов, предпочитая отправлять письма
с оказией. И тут, как везде, наблюдается самая строгая экономия.
Лучше всего для решения этого вопроса приезжайте сами в Ялуторовск, где давно хотелось бы вас обнять, где ожидает вас честь нашей библиотеки [Подразумеваются зарубежные издания, запрещенные к распространению в России, получавшиеся декабристами
с оказией.] и радушный прием добрых ваших знакомых.
— Мы на эту левую провокацию не поддались с самого начала. Стали середняков раскулачивать, — мы сейчас же: «Стой!» Сельсовет нас слушать не хотел, но мы заставили. А про Оську Головастова написали в наш заводский партком, что он вполне дискредитует звание пролетария. И что ж бы вы думали! Заказным письмом послала, — и не дошло!
С оказией потом второе послала. На почте тут письма перехватывали!
Арефа даже зашатался на месте. Это была его собственная расписка, выданная секретарю тобольской консистории, когда ему выдавали ставленническую грамоту. Долгу было двадцать рублей, и Арефа заплатил уже его два раза — один раз через своего монастырского казначея, а в другой присылал деньги «
с оказией». Дело было давнишнее, и он совсем позабыл про расписку, а тут она и выплыла. Это Гарусов выкупил ее через своих приставников у секретаря и теперь закабалил его, как и всех остальных.
Неточные совпадения
— Тьфу ты, пропасть! — пробормотал он, плюнув в воду, — какая
оказия! А все ты, старый черт! — прибавил он
с сердцем, обращаясь к Сучку. — Что это у тебя за лодка?
— Из-за тебя вся
оказия вышла, Галактион Михеич, —
с наивностью большого ребенка повторял Вахрушка. — Вчера еще был я человеком, а сегодня ни
с чем пирог… да. Значит, на подножный корм.
Гаврило. Да уж я, Василий Данилыч, все заготовлю, что требуется; у меня и кастрюлечка серебряная водится для таких
оказий, уж я и своих людей
с вами отпущу.
После кампании 1812 года Негров был произведен в полковники; полковничьи эполеты упали на его плечи тогда, когда они уже были утомлены мундиром; военная служба начала ему надоедать, и он, послужив еще немного и «находя себя не способным продолжать службу по расстроенному здоровью», вышел в отставку и вынес
с собою генерал-майорский чин, усы, на которых оставались всегда частицы всех блюд обеда, и мундир для важных
оказий.
— Какая же
оказия?.. Не
оказия, а
с вашей стороны — черт знает что такое вышло.