После молебна «в путь шествующих», благословил
сына князь Алексей Юрьич святою иконой, обнял его и много поучал: сражался бы храбро, себя не щадил бы в бою, а судит господь живот положить — радостно пролил бы кровь и принял светлый небесный венец.
Неточные совпадения
Сын его,
князь Борис Алексеич, и внук,
князь Данила Борисович, подолгу здесь не живали, а княжна Наталья Даниловна и вовсе здесь не бывала.
А вот
сын окольничего,
князь Юрий княж Никитич Заборовский, уже бритый, сидит обер-штеркригс-комиссаром в кригс-комиссариатской конторе военной коллегии…
Единственный его
сын,
князь Алексей Юрьич, большой службы не сослужил, а в случае бывал.
Единственный
сын их,
князь Борис Алексеевич, крестник императрицы Анны Иоанновны, вахмистр гвардии в колыбели, двадцати лет уехал из Заборья в Петербург искать счастья.
Целую жизнь, будто по заказу, старался он расстроить свое достояние, но дедовские богатства были так велики, что он не мог промотать и половины их, оставив все-таки три тысячи душ единственному своему
сыну и наследнику,
князю Даниле Борисовичу.
Сын подносчика в Разгуляе стал владельцем гнезда знаменитого рода
князей Заборовских, а кредиторы княжны получили по тридцати пяти копеек за рубль…
У курляндца все время в чести пребывал, сама царица Анна Ивановна великим жалованьем его жаловала. Оттого и княгиня Марфа Петровна при дворе безотменно находилась, и даже когда, бывало, сам-от
князь отпросится от службы в Заборье гулять, княгиню Марфу Петровну государыня с мужем отпускать не изволила, каждый раз указ объявляла быть ей при себе.
Сына родила княгиня Марфа Петровна,
князь Бориса Алексеича. Государыня изволила его от купели принять и в конную гвардию вахмистром пожаловать.
Хоть учителей из французов и немцев приставлено было к маленькому
князю вдоволь, однако ж княгиня Марфа Петровна сама больше учила его и много за то от
князя терпела: боялся он, чтоб бабой княгиня
сына не сделала…
— А! — зарычал
князь. — И
сына до того развратила, что на шлюхе женился, и сама с любовниками полуночничаешь!..
— Да ты у меня плутовка! — сказал ей ласково. — Глянь-ка, какая пригожая!.. Поцелуй меня, доченька, познакомимся… Здравствуй,
князь Борис, — молвил и
сыну, ласково его обнимая. — Тебя бы за уши надо подрать, ну да уж бог с тобой… Что было — не сметь вспоминать!..
— В силу данного нам указа, — говорит майор, — во все время розыска быть тебе,
князь Алексей княжь Юрьев
сын Заборский, в своем доме под жестоким караулом. Для того и драгуны ко всем дверям приставлены. Выхода отсель тебе нет.
—
Князь Алексей княжь Юрьев
сын Заборский. По именному ее императорского величества указу из тайной канцелярии изволь нам по пунктам показать доподлинную и самую доточную правду по взведенному на тебя богомерзкому и скаредному делу…
Евгений получил от сестры известие, что его
сыновья князья. Это его ставит в затруднительное положение, потому что Варвара Самсоновна скоро опять должна что-нибудь произвести на свет и тогда потребуется новый указ сенату. Дело сложное: не будучи князем, он, шутя, делает князей; но все-таки я ему советую подумать о том, что он делает. 6 октября будем праздновать его 60-летие!
Я знаю наперед, что пуще всех будет против мира князь Димитрий Мамстрюкович Черкасский да Григорий Образцов: первый потому, что
сын князя Мамстрюка и такой же, как он, чеченец — ему бы все резаться; а второй оттого, что природный нижегородец и терпеть не может поляков.
Неточные совпадения
Ну, дело все обладилось, // У господина сильного // Везде рука;
сын Власьевны // Вернулся, сдали Митрия, // Да, говорят, и Митрию // Нетяжело служить, // Сам
князь о нем заботится.
Жена?.. Нынче только он говорил с
князем Чеченским. У
князя Чеченского была жена и семья — взрослые пажи дети, и была другая, незаконная семья, от которой тоже были дети. Хотя первая семья тоже была хороша,
князь Чеченский чувствовал себя счастливее во второй семье. И он возил своего старшего
сына во вторую семью и рассказывал Степану Аркадьичу, что он находит это полезным и развивающим для
сына. Что бы на это сказали в Москве?
— Вы, как я слышал, собираетесь вступить в брак с дочерью моего прихожанина и
сына духовного,
князя Щербацкого? — прибавил он с улыбкой. — Прекрасная девица!
— Как вам угодно. Если у нас
князья и графы упрямо проповедуют анархизм — дозвольте и купеческому
сыну добродушно поболтать на эту тему! Разрешите человеку испытать всю сладость и весь ужас — да, ужас! — свободы деяния-с. Безгранично разрешите…
Князь великий Всеволод! Доколе // Муки нам великие терпеть? // Не тебе ль на суздальском престоле // О престоле отчем порадеть? // Ты и Волгу веслами расплещешь, // Ты шеломом вычерпаешь Дон, // Из живых ты луков стрелы мечешь, //
Сыновьями Глеба окружен. // Если б ты привел на помощь рати, // Чтоб врага не выпустить из рук, — // Продавали б девок по ногате, // А рабов — по резани на круг.