Неточные совпадения
«Что ж, — думает он, — дочь —
чужое сокровище, расти ее, береги, учи разуму, а
потом, рано ли, поздно ли, в чужи люди отдай!..»
Ежель кто
потом в ихней вере станет не крепок, либо тайность какую
чужому откроет, на портрете лицо потускнеет, и с рукописанья слова пропадут.
— Прошу покорно! Ровно с
чужой здоровается!.. — хлопнув Меркулова по руке, засмеялась Наташа и
потом, обняв «братца Никитушку», крепко поцеловала его.
Перед тем, как говорить, они приходят в восторг неописанный, а
потом читают в душе каждого, узнают
чужие мысли и поступки, как бы скрытно они ни были сделаны, и тогда начинают обличать и пророчествовать…
— Та-ак, — протянул Патап Максимыч. — Ладно придумано, лучше не надо. Завтра поутру надо будет мне с Груней покалякать, а
потом повидать невесту. Хоть не родная, а все-таки не
чужая. Долго ль здесь располагаешь прожить?
— Я пойду, — молвил Миней Парамонов. — Чем с бедности да с недостатков
чужие клети ломать, цапнуть сразу тысячу-другую, да и закаяться
потом.
Неточные совпадения
Чужие и свои победы, // Надежды, шалости, мечты. // Текут невинные беседы // С прикрасой легкой клеветы. //
Потом, в отплату лепетанья, // Ее сердечного признанья // Умильно требуют оне. // Но Таня, точно как во сне, // Их речи слышит без участья, // Не понимает ничего, // И тайну сердца своего, // Заветный клад и слез и счастья, // Хранит безмолвно между тем // И им не делится ни с кем.
Селифан потянул поводья назад,
чужой кучер сделал то же, лошади несколько попятились назад и
потом опять сшиблись, переступивши постромки.
Еще не успеешь открыть рта, как они уже готовы спорить и, кажется, никогда не согласятся на то, что явно противуположно их образу мыслей, что никогда не назовут глупого умным и что в особенности не согласятся плясать по
чужой дудке; а кончится всегда тем, что в характере их окажется мягкость, что они согласятся именно на то, что отвергали, глупое назовут умным и пойдут
потом поплясывать как нельзя лучше под
чужую дудку, — словом, начнут гладью, а кончат гадью.
Не в полной памяти прошел он и в ворота своего дома; по крайней мере, он уже прошел на лестницу и тогда только вспомнил о топоре. А между тем предстояла очень важная задача: положить его обратно, и как можно незаметнее. Конечно, он уже не в силах был сообразить, что, может быть, гораздо лучше было бы ему совсем не класть топора на прежнее место, а подбросить его, хотя
потом, куда-нибудь на
чужой двор.
Началась исповедь Ольги, длинная, подробная. Она отчетливо, слово за словом, перекладывала из своего ума в
чужой все, что ее так долго грызло, чего она краснела, чем прежде умилялась, была счастлива, а
потом вдруг упала в омут горя и сомнений.