— Потому и прошу, — ответил Морковников. — А тебе еще на три дня вздумалось откладывать. Ну как в три-то дня до
трех рублей добежит?.. Тогда уж мне больно накладно будет, Никита Федорыч. Я был в надежде на твое слово… Больше всякого векселя верю ему. Так уж и ты не обидь меня. Всего бы лучше сейчас же по рукам из двух рублей сорока… Условийцо бы написали, маклерская отсель недалече, и было б у нас с тобой дело в шляпе…
— Закон вина не велит, — сказал бай, так прищурившись, что совсем не стало видно узеньких глазок его. — Вино не велит; арыш-маи можнá. Вот тебе чай, ку́сай, карашá,
три рубля фунт.
Неточные совпадения
— Объявился несостоятельным: вчера об этом я письмо получил. Моих тысячи тут за
три село, — продолжал Марко Данилыч. — Администрацию назначат либо конкурс. Ну и получай пять копеек за
рубль. А я говорю: ежели ты не заплатил долгу до последней копейки, иди в кабалу, и жену в кабалу, и детей — заработали бы долг… Верно ли говорю?
Сегодня по
рублю по двадцати даю, а может, дня через
три и
рубля не дам.
— Сушь
рубля полтора да по два, коренная
три с полтиной, белуга
три с гривной. Других сортов покамест еще не продавали.
Рад он был. Не серым волком, а сизым голубком поглядел на Корнея Прожженного, садиться просил его, приветные слова говорил. Эстафете все едино — два ли,
три ли письма везти. Значит, без малого сорок
рублей почтмейстеру перепало.
В Думе за приписку по рукам двести
рублей разошлось, да на пошлины, да на гербову бумагу, как раз
три тысячи.
— Псалтыри по
три целковых за штуку, часословы по
рублю, — ответил Чубалов. — Считайте.
— Как по
три целковых да по
рублю?.. На что это похоже? — во всю мочь кричал Марко Данилыч и схватил даже Чубалова за руку.
И пахоты богачество, и лугов вдоволь, и лесу
руби не хочу, сукрома в анбарах от хлеба ломятся, скирды да одонья ровно горы на гумнах стоят, года по
три нетронутые, немолоченные.
Рыбники, кроме Марка Данилыча да Белянкина, головы повесили… «
Рубль на
рубль в две-три недели — и вдруг ни гроша!» — думали они. Злобились на Орошина, злобились на Марка Данилыча.
Вексель в
три тысячи
рублей, выданный Марку Данилычу Сивковым, Дуня послала по почте. В письме к Поликарпу Андреичу, извещая о кончине отца, просила она, чтобы он, взяв половину денег в благодарность за данный ей приют, другую половину вручил бы отцу Прохору.
А отцу Прохору написала, что он навсегда будет получать от нее по пятисот
рублей в год и что за первые
три года получит полторы тысячи
рублей от Поликарпа Андреича Сивкова.
Ну-с, итак: восемь гривен картуз, два рубля двадцать пять прочее одеяние, итого
три рубля пять копеек; рубль пятьдесят сапоги — потому что уж очень хорошие, — итого четыре рубля пятьдесят пять копеек, да пять рублей все белье — оптом сторговались, — итого ровно девять рублей пятьдесят пять копеек.
— Recht gut, mein lieber Junge! [Очень хорошо, мой дорогой мальчик! (нем.)] — говорил отец, выслушав отчет, и, трепля его широкой ладонью по плечу, давал два,
три рубля, смотря по важности поручения.
Неточные совпадения
К величайшей досаде защищавших это мнение, сам преступник почти не пробовал защищать себя; на окончательные вопросы: что именно могло склонить его к смертоубийству и что побудило его совершить грабеж, он отвечал весьма ясно, с самою грубою точностью, что причиной всему было его скверное положение, его нищета и беспомощность, желание упрочить первые шаги своей жизненной карьеры с помощью по крайней мере
трех тысяч
рублей, которые он рассчитывал найти у убитой.
Да я сам знаю, и в тайне храню, сочинения два-три таких, что за одну только мысль перевесть и издать их можно
рублей по сту взять за каждую книгу, а за одну из них я и пятисот
рублей за мысль не возьму.
То, собственно, обстоятельство, что он ни разу не открыл кошелька и не знал даже, сколько именно в нем лежит денег, показалось невероятным (в кошельке оказалось триста семнадцать
рублей серебром и
три двугривенных; от долгого лежанья под камнем некоторые верхние, самые крупные, бумажки чрезвычайно попортились).
Кроме того, он положительно уведомил меня, что Марфа Петровна, за неделю до смерти, успела оставить тебе, Дуня, по завещанию
три тысячи
рублей, и деньги эти ты можешь теперь получить в самом скором времени.
— Когда?.. — приостановился Раскольников, припоминая, — да дня за
три до ее смерти я был у ней, кажется. Впрочем, я ведь не выкупить теперь вещи иду, — подхватил он с какою-то торопливою и особенною заботой о вещах, — ведь у меня опять всего только
рубль серебром… из-за этого вчерашнего проклятого бреду!