— Сидит господь на холме, среди луга райского, на престоле
синя камня яхонта, под серебряными липами, а те липы цветут весь год кругом; нет в раю ни зимы, ни осени, и цветы николи не вянут, так и цветут неустанно, в радость угодникам божьим.
— Как с гуся вода, чур, с беса руда! Вот идёт муж стар, вот бежит конь кар — заклинаю тя, конь, — стань! Чур! В Окиане-море
синий камень латырь, я молюся камню…
— Мне кажется — да! Такая брошь, с большим
синим камнем, серьги, и много колец, и часы… Думаю — американка…
От порчи и «призора» можно отговориться: «Есть славное синее море, есть на славном синем море синей остров, есть на синем острове
синей камень, на том синем камени сидит синен человек, у синего человека синей лук бестетивной, синяя стрела без перья, и отстреливает синей человек синим луком бестетивным, синей стрелой без перья, притчи и призеры, и уроки, переломы и грыжища всякие, падежи и удары, и пострелы, всякую нечисть».
Неточные совпадения
В столовую шумно вбежала кругленькая Сомова, а за нею, точно идя вброд по скользким
камням, осторожно шагал высокий юноша в
синих штанах, в рубахе небеленого холста, в каких-то сандалиях на босых ногах.
Направо идет высокий холм с отлогим берегом, который так и манит взойти на него по этим зеленым ступеням террас и гряд, несмотря на запрещение японцев. За ним тянется ряд низеньких, капризно брошенных холмов, из-за которых глядят серьезно и угрюмо довольно высокие горы, отступив немного, как взрослые из-за детей. Далее пролив, теряющийся в море; по светлой поверхности пролива чернеют разбросанные
камни. На последнем плане
синеет мыс Номо.
Этот костюм выделился между другими, украшенными драгоценными
камнями купеческими костюмами, — и «Принц Рауль
Синяя борода» получил золотой портсигар в пятьсот рублей.
Но белей и свежей кисеи и батиста миловидное личико Дуни, самокатного жемчуга краше перловые зубы,
камней самоцветных светлее
синие очи…
Я долго бродил среди памятников, как вдруг в одном месте, густо заросшем травой и кустарником, мне бросилось в глаза странное
синее пятно. Подойдя ближе, я увидел маленького человечка в
синем мундире с медными пуговицами. Лежа на могильном
камне, он что-то тщательно скоблил на нем ножиком и был так углублен в это занятие, что не заметил моего прихода. Однако, когда я сообразил, что мне лучше ретироваться, — он быстро поднялся, отряхнул запачканный мундир и увидел меня.