Неточные совпадения
«На горах то было, на горах на Дятловых: мордва своему
Богу молится, к земле-матушке на восток
поклоняется…
Слуги пошли, поглядели, назад воротились, белому царю
поклонились, великому государю таку речь держáт: «Не березник то мотается-шатается, мордва в белых балахонах
Богу своему молится, к земле-матушке на восток преклоняется».
— Чувствительнейше вас благодарим, Тимофей Гордеич, — низко
кланяясь, молвил Васютка, и лицо его просияло. Шапка не простая, а мерлушчатая! Больно хотелось такой ему. «Заглядятся девки, как зимой,
Бог даст, с кулаками в голицах на Кабан пойду, — думает он. — Держись, татарва окаянная, — любому скулу сворочу!»
Вошел,
Богу как следует помолился, всем
поклонился, «здравствуйте» сказал, а потом и зачал доказывать, что ведерка на мир очень недостаточно и потому Герасиму Силычу беспременно надо пожертвовать на другое.
Встали из-за стола,
Богу помолились, и Абрам, громко зарыдав, младшему брагу в ноги
поклонился.
— На доброте на твоей
поклоняюсь тебе, братец родной, — через силу он выговаривал. — Поклон тебе до земли, как
Богу, царю али родителю!.. За то тебе земной поклон, что не погнушался ты моим убожеством, не обошел пустого моего домишка, накормил, напоил и потешил моих детушек.
Когда жившие на Горах люди еще не знали истинного
Бога, у того родника под высоким кряковистым дубом своим
богам они
поклонялись.
Юродивые
Бог знает отколь к ним приходили, нередко из самой Москвы какой-то чудной человек приезжал — немой ли он был, наложил ли подвиг молчания на себя, только от него никто слова не слыхивал — из чужих с кем ни встретится, только в землю
кланяется да мычит себе, а в келейных рядах чтут его за великого человека…
— Все слава
Богу, — отвечал Пахом. —
Кланяться приказали вашему высокопреподобию. Гостинчик извольте принять от ихнего усердия.
Христом
Богом просит, молит их,
кланяется, унижается, чуть не плачет и всеми святыми заклинает поплатиться раньше срока.
Кончилась трáпеза сельщины-деревенщины. Все время кругом ее стояли наезжие гости, а хозяева угощали пирующих. Встали наконец крестьяне из-за столов,
Богу помолились, хозяевам
поклонились и пошли в дальний сад на широкую луговину. До позднего вечера доносились оттуда веселые песни успенских хороводов...
Умирать стану с голоду, а никому не
поклонюсь; во всю жизнь одному только богачу
поклонился я, Христом
Богом просил помощи моей старости, помощи родной семье, и то ничего не выпросил.
— Славу
Богу, и Ермолай Васильич и все его домашние здравствуют и вам
кланяться наказывали, — отвечал Семен Петрович. — А так как довелось мне по хозяйскому делу в Москву ехать, так Ермолай Васильич и заблагорассудил, чтоб я теперь же заехал к вам в Комаров с ежегодным подаянием, какое каждый раз от него посылается.
Кланяйтесь, Семен Петрович, им от меня — и ему и ей; скажите, старица, мол, Филагрия доброго здоровья и от
Бога счастья желает им.
Неточные совпадения
— Слава
богу, — отвечал половой,
кланяясь. — Вчера приехал поручик какой-то военный, занял шестнадцатый номер.
Поди сейчас, сию же минуту, стань на перекрестке,
поклонись, поцелуй сначала землю, которую ты осквернил, а потом
поклонись всему свету, на все четыре стороны, и скажи всем, вслух: «Я убил!» Тогда
бог опять тебе жизни пошлет.
—
Бог простит, — ответил Раскольников, и как только произнес это, мещанин
поклонился ему, но уже не земно, а в пояс, медленно повернулся и вышел из комнаты. «Все о двух концах, теперь все о двух концах», — твердил Раскольников и более чем когда-нибудь бодро вышел из комнаты.
Но в это самое время вышла княгиня. На лице ее изобразился ужас, когда она увидела их одних и их расстроенные лица. Левин
поклонился ей и ничего не сказал. Кити молчала, не поднимая глаз. «Слава
Богу, отказала», — подумала мать, и лицо ее просияло обычной улыбкой, с которою она встречала по четвергам гостей. Она села и начала расспрашивать Левина о его жизни в деревне. Он сел опять, ожидая приезда гостей, чтоб уехать незаметно.
— А я, батюшка, не жалуюсь. И слава
Богу, что в рыболовы произвели. А то вот другого, такого же, как я, старика — Андрея Пупыря — в бумажную фабрику, в черпальную, барыня приказала поставить. Грешно, говорит, даром хлеб есть… А Пупырь-то еще на милость надеялся: у него двоюродный племянник в барской конторе сидит конторщиком; доложить обещался об нем барыне, напомнить. Вот те и напомнил!.. А Пупырь в моих глазах племяннику-то в ножки
кланялся.