Неточные совпадения
— Ко второму Спасу, — нехотя ответил Петр Степаныч. — Нельзя ему
не приехать,
расчеты тоже надо свести, долги кой-какие собрать.
— Говорю им, обождите немножко, вот, мол, хозяин подъедет, без хозяина, говорю, я
не могу вам
расчетов дать, да и денег при мне столько
не имеется, чтобы всех ублаготворить… И слушать
не хотят-с… Вечор даже бунта чуть
не подняли, насилу улестил их, чтобы хоть до сегодняшнего-то дня обождали.
— Нечего нам у тебя проживаться.
Расчет подавай! Просили, просили приказчика, четвертый день прошел, а рассчитывать нас
не рассчитывает… Так сам рассчитай — ты хозяин, дело твое…
—
Расчет давай!.. Сейчас
расчет!.. Нечего отлынивать-то!.. Жила ты этакой!.. Бедных людей обирать!..
Не бойсь,
не дадут тебе потачки… И на тебя суд найдем!..
Расчет подавай!..
— По рублику бы с брата мы поклонились вашей милости — шестидесятью целковыми… Прими, сударь,
не ломайся!.. Только выручи, Христа ради!.. При
расчете с каждого человека ты бы по целковому взял себе, и дело бы с концом.
Подряд, по всем
расчетам, должен был озолотить старика, — делать нечего, свез сына в Москву,
не слушая ни вопля жены, ни проклятий матери.
— Бог
не выдаст — свинья
не съест, — равнодушно промолвил Марко Данилыч. — А у вас, Дмитрий Петрович, разве есть с ним дела либо
расчеты какие?
Пришла Пасха, и наемный люд, что работал у него на прядильнях и рубил суда, получив
расчет в Великий четверг, разошелся на праздник по своим деревням; остались лишь трое, родом дальние; на короткую побывку
не с руки было им идти.
—
Не получим, Марко Данилыч, — отвечал Меркулов. — Мы только на пять рассчитали. По этому
расчету и цены назначили. Пять процентов, право, довольно. Мы ведь за скорой наживой
не гонимся. За границей купцы-то много побогаче вас, а довольствуются и меньше, чем пятью процентами.
И рвет и мечет, на кого ни взглянет, всяк виноват. Пришел в работную, и потолок и стены новой избы, ровно сажа. Развоевался на работников, будто они виноваты, что печи дымят. Кричит, лютует, то на того, то на другого кидается с бранью, с руганью, а сам рукава засучает. Но теперь
не весна, работники окрысились, зашумели, загалдели, и, только что крикнул хозяин: «Сейчас велю всех со двора долой!», они повскакали и закричали задорно в один голос: «
Расчет давай, одного часа
не хотим работать у облая».
— Благодарю покорно, матушка, премного довольны остаемся на вашем угощенье. Много об нас
не хлопочите, что на столе, тому и рады, — сказал Патап Максимыч. — Лучше теперь про дела потолкуем. Помянули вы, что работники
расчета требуют. Нешто летние работы все кончены?..
—
Расчету за последний месяц
не дано?
— А отчего ж бы ей
не пойти? — возразил Поликарп Андреич. — Чем парень
не вышел? Взял и ростом, и дородством,
не обидел его Господь и красой, и разумом. Отборный жених. А главное то возьми в
расчет, что ведь миллионщица! После отца одной ей все достанется.
— Чубалов, Герасим Силыч, — ответила Дарья Сергевна. — В деревне Сосновке он живет. Прежде частенько бывал у Марка Данилыча, и обедывал, и ночевывал, а иной раз и по два и по три дня у него гостил. Да вот уж с год, как ни разу
не бывал. Болтал Василий Фадеев, что какие-то у него
расчеты были с покойником, и Герасим Силыч остался им недоволен. А другое дело, может, все это и вздор. Ведь Фадеев что ни слово, то соврет.
— Так посылайте к нему. Записочку, что ли, напишите, — сказал Патап Максимыч. — А насчет
расчетов я сам спрошу у него по совести, сколько считает он за покойным, и заплачу с процентами. Авдотья Марковна, конечно, против того
не будет… А плачеи у вас в заведении, вопленицы по-нашему, по-лесному?
Сказано, что Марко Данилыч в
расчете со мной, — ни он, значит, мне, ни я ему
не должны ни копейки.
Немного времени спустя, когда, по
расчету Пантелея, облава приближалась уже к палатке, ступая тихо и осторожно и
не говоря ни единого слова, один по одному рабочие, до поры до времени остававшиеся в своих избах, стали входить в деревню.
Неточные совпадения
Дождь, однако же, казалось, зарядил надолго. Лежавшая на дороге пыль быстро замесилась в грязь, и лошадям ежеминутно становилось тяжелее тащить бричку. Чичиков уже начинал сильно беспокоиться,
не видя так долго деревни Собакевича. По
расчету его, давно бы пора было приехать. Он высматривал по сторонам, но темнота была такая, хоть глаз выколи.
Миллионщик имеет ту выгоду, что может видеть подлость, совершенно бескорыстную, чистую подлость,
не основанную ни на каких
расчетах: многие очень хорошо знают, что ничего
не получат от него и
не имеют никакого права получить, но непременно хоть забегут ему вперед, хоть засмеются, хоть снимут шляпу, хоть напросятся насильно на тот обед, куда узнают, что приглашен миллионщик.
— А, вот вы куда? Я согласен, что это болезнь, как и все переходящее через меру, — а тут непременно придется перейти через меру, — но ведь это, во-первых, у одного так, у другого иначе, а во-вторых, разумеется, во всем держи меру,
расчет, хоть и подлый, но что же делать?
Не будь этого, ведь этак застрелиться, пожалуй, пришлось бы. Я согласен, что порядочный человек обязан скучать, но ведь, однако ж…
— Положим, Лужин теперь
не захотел, — начал он,
не взглядывая на Соню. — Ну а если б он захотел или как-нибудь в
расчеты входило, ведь он бы упрятал вас в острог-то,
не случись тут меня да Лебезятникова. А?
Тут даже и
расчета никакого
не было!