Неточные совпадения
На другой гусянке раздался дружный, громкий хохот — какой-то бурлак, взяв за обору истоптанный лапоть и размахивая им, представляет попа с
кадилом, шуткой отпевая мертвецки пьяного товарища, ровно покойника, а бурлаки заливаются веселым смехом…
— Зачем, я тебя спрашиваю, зачем ты приехал сюда? — в сильном раздраженье она говорила. — Баловаться по-прежнему?.. Куролесить?.. Не стану, не хочу… Будет с тебя!.. Зачем же ты
кажешь бесстыжие глаза свои мне?
Псалтырей с часословами надо, кадильниц ручных — на праздниках
покадить…
— Это что такое? — вскрикнул Марко Данилыч, завидев Корнея. — От делов уехал без спросу, да и глаз еще не
кажет… Сам хозяин изволь к нему бежать… Я, брат, этого не больно жалую.
Это они, мои милые, молятся творцу всяческих, изливают из себя хвалебный фимиам, возносят к небесам его, как
кадило, как жертву хваления.
— Седни праздник — жена мужа дразнит, на печь лезет, кукиш
кажет — на тебе, муженек, горяченький пирожок! — нараспев проговорил Софроний и опять захохотал.
Как бондарь долбилом — так попы да матери
кадилом деньгу себе добывают.
Неточные совпадения
Ее привозят и в Собранье. // Там теснота, волненье, жар, // Музыки грохот, свеч блистанье, // Мельканье, вихорь быстрых пар, // Красавиц легкие уборы, // Людьми пестреющие хоры, // Невест обширный полукруг, // Всё чувства поражает вдруг. // Здесь
кажут франты записные // Свое нахальство, свой жилет // И невнимательный лорнет. // Сюда гусары отпускные // Спешат явиться, прогреметь, // Блеснуть, пленить и улететь.
Около него с обеих сторон стояли также на коленях два молодые клирошанина [Клирошанин — церковнослужитель, поющий в церковном хоре (на клиросе).] в лиловых мантиях с белыми кружевными шемизетками сверх их и с
кадилами в руках.
Пахарь ломал свой плуг, бровари и пивовары кидали свои
кади и разбивали бочки, ремесленник и торгаш посылал к черту и ремесло и лавку, бил горшки в доме.
Как! быв честным Котом до этих пор, // Бывало, за пример тебя смиренства
кажут, — // А ты… ахти, какой позор!
Обломов не
казал глаз в город, и в одно утро мимо его окон повезли и понесли мебель Ильинских. Хотя уж ему не казалось теперь подвигом переехать с квартиры, пообедать где-нибудь мимоходом и не прилечь целый день, но он не знал, где и на ночь приклонить голову.