Неточные совпадения
— Сам я того не знаю, — отвечал Морковников, —
по людям в нашей стороне
идет такая намолвка: ежели кто в ихню веру переходит, прощается он со всем
светом и ото всех отрекается.
Погас
свет во Фленушкиных горницах, только лампада перед иконами теплится. В било ударили. Редкие, резкие его звуки вширь и вдаль разносятся в рассветной тиши;
по другим обителям пока еще тихо и сонно. «Праздник, должно быть, какой-нибудь у Манефиных, — думает Петр Степаныч. — Спозаранку поднялись к заутрени… Она не
пойдет — не велика она богомольница… Не
пойти ли теперь к ней? Пусть там поют да читают, мы свою песню споем…»
Но где ж оно, где это малое стадо? В каких пустынях, в каких вертепах и пропастях земных сияет сие невидимое чуждым людям светило? Не знает Герасим, где оно, но к нему стремятся все помыслы молодого отшельника, и он, нося в сердце надежду быть причтенным когда-нибудь к этому малому стаду,
пошел искать его
по белу
свету.
— Полно, родная, перестань убиваться, — любовно молвил он ей, положив руку на ее плечо. — Бог не без милости, не унывай, а на него уповай. Снова
пошлет он тебе и хорошую жизнь и спокойную. Молись, невестушка, молись милосердному Господу — ведь мы к нему с земной печалью, а он,
свет, к нам с небесной милостью. Для того и не моги отчаиваться, не смей роптать. То знай, что на каждого человека Бог
по силе его крест налагает.
— А расшибешь, так берестой не обовьешь, — подскочив к нему, подхватила юркая бабенка. — Нам всем в запримету, у всех, чать, на памяти, как мужья
по две жены в гроб заколачивают. Теперь и на третьей рады бы жениться, да такой дуры не сыскать на всем вольном
свету, чтобы за такого драчуна
пошла.
Кто с Богом не водится,
По ночам ему не молится,
На раденьях не трудится,
Сердцем кто не надрывается,
Горючьими слезами не обливается —
Много, много с того спросится,
Тяжело будет ответ держать,
На том
свете в темноте лежать!
А кто с Господом водится,
По ночам ему молится,
На раденьях не ленится,
Сердцем своим надрывается,
Живот кровью обливается,
Сердечный ключ поднимается,
Хотя сердцем надрывается
Да слезами омывается, —
За то на небе ему
слава велия!
— Ни в токарню, ни в красильню ни за что на
свете не
пойду — очень уж обидно будет перед батраками, — сказал Василий Борисыч. — Да к тому же за эти дела я и взяться не сумею. Нет, уж лучше петлю на шею, один,
по крайней мере, конец. А уж если такая милость, дядюшка, будет мне от тебя, так похлопочи, чтобы меня при тебе он
послал. У тебя на чужой стороне буду рад-радехонек даже на побегушках быть, опять же
по письменной части во всякое время могу услужить. Мне бы только от Парашки куда-нибудь подальше.
Неточные совпадения
И вот лавчонка твоя запустела, и ты
пошел попивать да валяться
по улицам, приговаривая: «Нет, плохо на
свете!
Цитует немедленно тех и других древних писателей и чуть только видит какой-нибудь намек или просто показалось ему намеком, уж он получает рысь и бодрится, разговаривает с древними писателями запросто, задает им запросы и сам даже отвечает на них, позабывая вовсе о том, что начал робким предположением; ему уже кажется, что он это видит, что это ясно, — и рассуждение заключено словами: «так это вот как было, так вот какой народ нужно разуметь, так вот с какой точки нужно смотреть на предмет!» Потом во всеуслышанье с кафедры, — и новооткрытая истина
пошла гулять
по свету, набирая себе последователей и поклонников.
— Ах, стыд-то какой теперь завелся на
свете, господи! Этакая немудреная, и уж пьяная! Обманули, это как есть! Вон и платьице ихнее разорвано… Ах, как разврат-то ноне
пошел!.. А пожалуй что из благородных будет, из бедных каких… Ноне много таких
пошло.
По виду-то как бы из нежных, словно ведь барышня, — и он опять нагнулся над ней.
Бегу, не оглянусь,
пойду искать
по свету, // Где оскорбленному есть чувству уголок!..
И все козаки, до последнего в поле, выпили последний глоток в ковшах за
славу и всех христиан, какие ни есть на
свете. И долго еще повторялось
по всем рядам промеж всеми куренями: