Неточные совпадения
И ниже тех мест по нагорному
берегу Волги встретишь их поселенья, но от Самарской луки вплоть до Астрахани сплошь русский народ
живет, только около Саратова,
на лучших землях пшеничного царства, немцы поселились; и
живут они меж русских тою жизнию, какой живали
на далекой своей родине,
на прибрежьях Рейна и Эльбы…
Хлебопашество — главное занятье нагорного крестьянина, но повсюду оно об руку с каким ни
на есть промыслом идет, особливо по речным
берегам, где
живет чистокровный славянский народ.
Взглянул приказчик
на реку — видит, ото всех баржей плывут к
берегу лодки,
на каждой человек по семи, по восьми сидит. Слепых в смолокуровском караване было наполовину.
На всем Низовье по городам, в Камышах и
на рыбных ватагах исстари много народу без глаз
проживает. Про Астрахань, что бурлаками Разгуляй-городок прозвана, в путевой бурлацкой песне поется...
Поутру Самгин был в Женеве, а около полудня отправился на свидание с матерью. Она
жила на берегу озера, в маленьком домике, слишком щедро украшенном лепкой, похожем на кондитерский торт. Домик уютно прятался в полукруге плодовых деревьев, солнце благосклонно освещало румяные плоды яблонь, под одной из них, на мраморной скамье, сидела с книгой в руке Вера Петровна в платье небесного цвета, поза ее напомнила сыну снимок с памятника Мопассану в парке Монсо.
— Да-с… Осень, осень, осень, — говорил старик, глядя на огонь свечи и задумчиво покачивая головой. — Осень. Вот и мне уж пора собираться. Ах жаль-то как! Только что настали красные денечки. Тут бы жить да
жить на берегу моря, в тишине, спокойненько…
Раньше орочей было очень много. По всему побережью моря, от мыса Хой, что южнее залива Де-Кастри, до Аку, который теперь называется мысом Успения, всюду виднелись их юрты. Те, что
жили на берегу Татарского пролива к северу от Тумнина, назывались Пяка (Фяка). В 1903 году от этих Пяка оставалось только три человека: Пингау и Цатю из рода Огомунка и Тончи из рода Бочинка.
И пришлось нам из-за ветру
прожить на берегу еще два дня. Припасы-то между тем все прикончились, ягодой только брюхо набиваем, да еще Оркун, спасибо ему, четыре юколы дал — рыба у них такая. Так вот юколой этой еще сколько-нибудь питались. Честных правил, отличный гиляк был, дай ему, господи! И по сю пору о нем вспоминаю.
Неточные совпадения
Он думал о благополучии дружеской жизни, о том, как бы хорошо было
жить с другом
на берегу какой-нибудь реки, потом чрез эту реку начал строиться у него мост, потом огромнейший дом с таким высоким бельведером, [Бельведер — буквально: прекрасный вид; здесь: башня
на здании.] что можно оттуда видеть даже Москву и там пить вечером чай
на открытом воздухе и рассуждать о каких-нибудь приятных предметах.
Парень им говорил: — Перестаньте плакать, перестаньте рвать мое сердце. Зовет нас государь
на службу.
На меня пал жеребей. Воля божия. Кому не умирать, тот
жив будет. Авось-либо я с полком к вам приду. Авось-либо дослужуся до чина. Не крушися, моя матушка родимая.
Береги для меня Прасковьюшку. — Рекрута сего отдавали из экономического селения.
— Нет, как хотите, но я бы не мог
жить здесь! — Он тыкал тросточкой вниз
на оголенные поля в черных полосах уже вспаханной земли,
на избы по
берегам мутной реки, запутанной в кустарнике.
Макомо, с братом своим Тиали, перешел
на берега Чуми, притока реки Кейскаммы, где племя Гаики
жило постоянно, с согласия пограничных начальников.
Дня три я не сходил
на берег: нездоровилось и не влекло туда, не веяло свежестью и привольем. Наконец,
на четвертый день, мы с Посьетом поехали
на шлюпке, сначала вдоль китайского квартала, состоящего из двух частей народонаселения: одна часть
живет на лодках, другая в домишках, которые все сбиты в кучу и лепятся
на самом
берегу, а иные утверждены
на сваях,
на воде.