— Матушка Екатерина, — отвечала Аграфена Ивановна. — Строгая была старица, разумная, благочестивая. Всяким делом управить умела. И предобрая была — как есть ангел во плоти,
даром что на вид сурова и ровно бы недоступная. Настоящая всем мать была. И необидливая — все у нее рáвны бывали, что богатые, что бедные; к бедным-то еще, пожалуй, была милостивей.
Неточные совпадения
А мордовски старики, от белого царя казну получивши, после моляна судили-рядили:
что бы белому царю дать,
что б великому государю в
дар от мордвы послать.
Редкий творческий
дар имела она — иной раз такое выдумает,
что после сама надивиться не может.
— Своего, заслуженного просим!.. Вели рассчитать нас, как следует!..
Что же это за порядки будут!.. Зá
даром людей держать!.. Аль на тебя и управы нет? — громче прежнего кричали рабочие, гуще и гуще толпясь на палубе. С семи первых баржей, друг дружку перегоняя, бежали на шум остальные бурлаки, и все становились перед Марком Данилычем, кричали и бранились один громче другого.
В пустой, ни на
что не нужный Главный дом посадили тогда губернатора — не пропадать же
даром казенному месту.
— Мы вот
что сделаем, — сказал Марко Данилыч. — До розговенья по Оке да по Волге станем кататься. У меня же косные теперь
даром в караване стоят.
С городской горы порой раздаются редкие, заунывные удары колоколов — то церковные сторожа повещают попа с прихожанами,
что не
даром с них деньги берут, исправно караулят от воров церковь Божию.
Учил ты меня, родной, уму-разуму, бивал
чем ни попало, а сам приговаривал: вот тебе, неразумный сын, ежели не образумишься, будешь
даром небо коптить, будешь таскаться под оконьем!..
— А
что б ты взял с меня, Махметушка, чтоб того полоняника высвободить? — спросил Марко Данилыч. — Человек он уж старый, моих этак лет, ни на каку работу стал негоден, задаром только царский хлеб ест. Ежели бы царь-от хивинский и
даром его отпустил, изъяну его казне не будет, потому зачем же понапрасну поить-кормить человека? Какая, по-твоему, Махметушка, тому старому полонянику будет цена?
Неужели думаешь,
что нарушение такой клятвы пройдет тебе
даром?
Он дал ей десять рублей и сказал, что больше нет. Но потом, обдумав дело с кумом в заведении, решил, что так покидать сестру и Обломова нельзя, что, пожалуй, дойдет дело до Штольца, тот нагрянет, разберет и, чего доброго, как-нибудь переделает, не успеешь и взыскать долг,
даром что «законное дело»: немец, следовательно, продувной!
Аммос Федорович. Нет, я вам скажу, вы не того… вы не… Начальство имеет тонкие виды:
даром что далеко, а оно себе мотает на ус.
— О своей душе, известное дело, пуще всего думать надо, — сказала она со вздохом. — Вон Парфен Денисыч,
даром что неграмотный был, а так помер, что дай Бог всякому, — сказала она про недавно умершего дворового. — Причастили, особоровали.
Мужичок ехал рысцой на белой лошадке по темной узкой дорожке вдоль самой рощи: он весь был ясно виден, весь до заплаты на плече,
даром что ехал в тени; приятно отчетливо мелькали ноги лошадки.
— Какое болен! Поперек себя толще, и лицо такое, Бог с ним, окладистое,
даром что молод… А впрочем, Господь ведает! (И Овсяников глубоко вздохнул.)
Неточные совпадения
Там вы получили за труд, за старание двенадцать рублей, а тут вы берете ни за
что,
даром, да и не двенадцать, а пятнадцать, да и не серебром, а всё синими ассигнациями.
«А
что ж, — подумал про себя Чичиков, — заеду я в самом деле к Ноздреву.
Чем же он хуже других, такой же человек, да еще и проигрался. Горазд он, как видно, на все, стало быть, у него
даром можно кое-что выпросить».
Он внутренне досадовал на себя, бранил себя за то,
что к нему заехал и потерял
даром время.
Предполагалось еще и скупить их в Херсонской губернии, потому
что они там продавались за бесценок и даже отдавались
даром, лишь бы только на них селились.
— А зачем же так вы не рассуждаете и в делах света? Ведь и в свете мы должны служить Богу, а не кому иному. Если и другому кому служим, мы потому только служим, будучи уверены,
что так Бог велит, а без того мы бы и не служили.
Что ж другое все способности и
дары, которые розные у всякого? Ведь это орудия моленья нашего: то — словами, а это делом. Ведь вам же в монастырь нельзя идти: вы прикреплены к миру, у вас семейство.