Неточные совпадения
— Не всем замуж
выходить, Марко Данилыч, надо кому-нибудь и старыми девками на
свете быть, — сказала, улыбнувшись на радушные слова Смолокурова, Марья Ивановна. — Да и то сказать,
в девичьей-то жизни и забот, и тревог меньше.
— Голубушка!.. Марья Ивановна!.. — радостно вскрикнула Дуня. — Погостите подольше!.. Вы мне
свет и радость! При вас я ровно из забытья
вышла, ровно из мертвых встала… А без вас и день
в тоске, и ночь
в тоске — не глядела бы на вольный
свет…
Полный месяц, то и дело
выходя из туч, разливал серебристый
свет по долине, сверкал
в струйках Святого ключа и озарял новые, еще белые постройки.
С той минуты, как случилась с ней перемена, не могла она равнодушно смотреть на женщину, завлекшую ее
в новую веру, на ту, кого еще так недавно звала своим
светом и радостью, говоря: «При вас я ровно из забытья
вышла, а без вас и день
в тоске, и ночь
в тоске, не глядела б и на вольный
свет».
Прежде чем облечься в величие, прежде чем
выйти в свет, нужно двигаться во мраке, терпеть гонения, отдать тело, чтобы спасти душу; надо умереть, чтобы возродиться в жизнь более могучую, более совершенную.
Все это было напечатано и
вышло в свет, а на другой день к Кишенскому влетела Ванскок и, трепля косицами и раздувая ноздри, потребовала внимания к листу бумаги, измаранному ее куриными гиероглифами.
Неточные совпадения
Да не покажется читателю странным, что обе дамы были не согласны между собою
в том, что видели почти
в одно и то же время. Есть, точно, на
свете много таких вещей, которые имеют уже такое свойство: если на них взглянет одна дама, они
выйдут совершенно белые, а взглянет другая,
выйдут красные, красные, как брусника.
Известно, что есть много на
свете таких лиц, над отделкою которых натура недолго мудрила, не употребляла никаких мелких инструментов, как-то: напильников, буравчиков и прочего, но просто рубила со своего плеча: хватила топором раз —
вышел нос, хватила
в другой —
вышли губы, большим сверлом ковырнула глаза и, не обскобливши, пустила на
свет, сказавши: «Живет!» Такой же самый крепкий и на диво стаченный образ был у Собакевича: держал он его более вниз, чем вверх, шеей не ворочал вовсе и
в силу такого неповорота редко глядел на того, с которым говорил, но всегда или на угол печки, или на дверь.
Слишком сильные чувства не отражались
в чертах лица его, но
в глазах был виден ум; опытностию и познанием
света была проникнута речь его, и гостю было приятно его слушать; приветливая и говорливая хозяйка славилась хлебосольством; навстречу
выходили две миловидные дочки, обе белокурые и свежие, как розы; выбегал сын, разбитной мальчишка, и целовался со всеми, мало обращая внимания на то, рад ли или не рад был этому гость.
Раскольников почувствовал и понял
в эту минуту, раз навсегда, что Соня теперь с ним навеки и пойдет за ним хоть на край
света, куда бы ему ни
вышла судьба.
Потом лицо ее наполнялось постепенно сознанием;
в каждую черту пробирался луч мысли, догадки, и вдруг все лицо озарилось сознанием… Солнце так же иногда,
выходя из-за облака, понемногу освещает один куст, другой, кровлю и вдруг обольет
светом целый пейзаж. Она уже знала мысль Обломова.